Так старики примечали: «Рожденные в этот день не сидят, сложа руки, дела поспешают уладить. Порой, кажется, что крутятся впустую. А, нет! Помнят сказ: «Там где тихо, там приживается и лихо».
Бывало, на Антонину вьюга завывала, метель сараи да поленницы за ночь снегом заносила. Утром ткнется хозяйка с подойником да с пойлом в хлев, а дверь – не открыть, снегом завалило.
Тогда хозяин на дверь наваливался. Исподволь открывал, а потом – работа немалая – до хлева, до сарая снег раскидать. А после – к колодцу, да к соседу тропу. Проверить, не нужна ли ему подмога? Детей было не удержать в доме, вываливались кучей с крыльца в сугроб! Одни головы порой торчали из снега. Радости – не сказать сколько!
А молодухе поручалось тесто затворить, и пекла молодуха (свекровина подмога) обрядовые толокняные колобки, валенцы на масле. При этом - тесто она сладстила. Поливала вареньицем малиновым да черничным. Приговаривали, и катая колобки, и в печь сажая, и к столу подавая: «Жить гладко, пить-есть сладко!»
Тем самым веря, что таким угощением чествуя вьюги да метели, она отправляет их в добрый путь, гулять по полям «на новце, на утренней заре, в обыден!» Мол, вьюгам да метелям время придет в феврале народ тешить, ветер в поле догонять, Масленицу встречать!