Идея этой статьи родилась благодаря комментарию одной из любимых моих подписчиц, у которой по любой затронутой теме есть своя, не менее интересная чем у автора публикации, история.
Под статьёй "Как обидчик стал сватом пострадавшей" Пантера рассказала трогательный эпизод, как во время знакомства с семьёй будущего мужа, она увидела фотографию младшего брата жениха в обнимку со своим любимым соседом из детства - дядей Маматом. При этом, жених с невестой не были земляками.
И по ассоциации я вспомнила о своём...
В детстве я много времени провела рядом с бабушкой по папиной линии. И конечно же она часто рассказывала о своих детстве и юности.
А от других родственников я знала, что баба Катя была знатной поварихой и пекла изумительный хлеб. Мне было поведано даже о нескольких случаях, когда у кого-то из жителей деревни на смертном одре последним желанием было "похлебать катиного борща" или "вкусить катиного хлеба".
Не знаю, как хлеб, времена бабушкиного пекарства я уже не застала, но борщ у неё действительно был изумительный. Там одним запахом можно было наесться.
И вот однажды, баба Катя рассказала мне, что поварскому искусству и искусству печь хлеб училась у моей другой бабушки - у маминой мамы.
Это было задолго до появления на свет моих родителей. В 1926 году баба Федосья и дед Семён (тогда, правда, они еще не были дедом и бабой) наняли шестнадцатилетнюю Катю в няньки старшему брату моей мамы Никифору.
Каждые выходные баба Федосья пекла на всю неделю хлеб. Чтобы он не черствел, зимой калачи нанизывали на палку и замораживали на улице. Вот тогда-то будущая моя бабушка по папе и научилась многому от будущей бабушки по маме.
Я знала, что мама родилась в 1937 году в Полтавской области, а папа - в 1939-м в Сибири. Знала, что познакомились они за три года до моего рождения, каждый со своим непростым жизненным багажом. А до этого о существовании друг друга даже не подозревали.
Недавно я рассказывала об их знакомстве:
И потому невероятно трепетно было услышать, что, оказывается, задолго до появления твоих мамы и папы на свет, их мамы были довольно близки. К сожалению, за сорок с лишним лет из памяти стерлись детали бабушкиных рассказов, но я отчетливо помню, как эта информация взволновала меня.
Тем более, что бабушку по маминой линии мне увидеть не довелось. Знаю о ней лишь из рассказов мамы и её старших братьев. Правда, в детстве мне столько рассказывали о маминой маме, что иногда даже кажется, будто я её знала и любила.