В военной истории полным-полно чересчур легендаризированных эпизодов, которые при более близком рассмотрении выглядят, мягко говоря, иначе. Что сабельная атака поляков на немецкие танки в 1939 году, что атака французской кавалерии на голландские корабли в 1795 году. Кстати, это последнее событие датируется 23 января 1795 г.
Какова утвердившаяся версия французов? Скажем, историк Адольф Тьер во втором томе «Истории Французской революции» пишет:
«Часть голландского флота стояла на якоре близ Тексела. Пишегрю, не желая дать этим судам времени высвободиться изо льдов и отплыть в Англию, послал в Северную Голландию несколько дивизий кавалерии и несколько батарей легкой артиллерии. На Зюйдерзее оказался такой крепкий лед, что французские эскадроны галопом проскакали по этой гладкой равнине и подъехали к кораблям, как к крепости. Лишенные возможности двинуться с места, голландские суда сдались этой неслыханной атаке».
Что здесь не так? Мягко говоря, многое. Например, один из непосредственных участников событий генерал-лейтенант (в 1795 году полковник) Лаюр в 1846 году писал, что в деле участвовала одна рота пехоты и один эскадрон кавалерии. Никак не то что ни «дивизии», а даже не «эскадроны». И уж совсем не упоминается артиллерия.
Впрочем, и сам Лаюр не безгрешен. Он давно пойман на стремлении, опять же мягко говоря, преувеличить свою роль в различных событиях. Именно он якобы атаковал голландский флот, именно он заключил договор о его сдаче.
Но как бы то ни было, а во всех французских книжках, вслед за ними и во многих других источниках история приводится почти так как у Лаюра. Стремительный и дерзкий бросок эскадрона, паника на кораблях и их сдача.
Сомнения вызывает многое. Например, соотношение сил. На одном лишь линейном корабле команды могло быть куда больше, чем солдат в эскадроне. А тут, у острова Тексель стояли то ли 4, то ли 5 линкоров, от 4 до 6 фрегатов и еще несколько корветов.
Плюс у французов отсутствуют вообще какие-либо документы той эпохи, кроме общей для всех истории, восходящей к рассказу Жомини, опирающемуся, возможно, на рассказ какого-нибудь гусара типа Лаюра. Но верить гусарам – это как верить рыбакам. Были бы документы, шел бы другой разговор.
Между тем голландский историк Йоханнес Корнелис де Йонге с опорой на такие документы как официальная переписка в Национальном архиве и корабельные журналы утверждает, что всё было не так, а гораздо прозаичнее. Какова его версия?
В январе 1795 года французская Северная армия генерала Пишегрю захватывает Амстердам. Генерал узнает, что на северной оконечности полуострова Голландия в заливе Зюйдерзее стоит скованный льдом флот. Чтобы он не ушел в Англию, французы и правительство ново провозглашённой Батавской республики посылают к флотским офицерам переговорщиков. Переговорщики прибывают 21 января.
Следом за ними посылается эскадрон гусар и около роты пехоты (то ли в повозках, то ли на крупах лошадей). Отряд прибывает к стоянке флота 23 января. Полковник Лаюр в сопровождении нескольких гусар отправляется к старшему по рангу капитану, в переговорах с которым вновь подтверждается нейтралитет флота и его отказ от попыток уйти в Англию.
Вот и всё. Скучно, неправда ли? Куда интереснее представлять себе сабельную атаку на линкоры.
А как же быть с картинами Шарля Мозена и Леона Морель-Фатио? Да никак. Просто любоваться. Шикарно же нарисовано.