Когда-то я видел во снах путешественника трёх миров. Это старый согбенный шаман. Он присел на траву, и, прикрыв тяжёлые свои веки, недвижно безмолвствует. На нём полное его облачение, всё в орнаментах и обшитое гусиными клювами, но маска откинута от лица, а на лице покой — ни одна морщинка не дрогнет. Верный бубен, давным-давно сработанный из ветви Мирового древа, лежит у ног старика. Шаманский костёр не горит, но дрова и сырой можжевельник заготовлены.
Куда ты собираешься отправиться на этот раз, старый шаман? В мрачное царство Эрлика, жене которого на заре своей юности ты стал молочным сыном? Или и вовсе вознесёшься к Тенгри (Ульгеню? Кайракану?)?
Нет, похоже, сейчас он незримо бродит в Мире людей, являясь им во снах. Что хочет сказать? О чём предупредить? От чего уберечь? По крайней мере, мне-то он является — и всегда, что характерно, неподвижным и молчаливым. Молчу и я, не решаясь нарушить его медитативное безмолвие.
И вот в очередном сне приходит некое озарение — бубен ведь тож
