Улица Чапаевская – бывшая Николаевская – взбирается наверх с бровки реки Самары, пролегает вдоль Волги и является одной из старейших в городе. Архитектурный облик имеет богатый и неоднородный, а общий вид здесь формируют раскидистые кроны вековых деревьев, в тени которых «прячутся» такие же много повидавшие вековые дома. Четырех-пятиэтажные особняки в стиле «модерн» располагаются в основном на перекрестках, доминирующая застройка – традиционно двух-трехэтажная «в кирпичном стиле».
Так, между улицами Некрасовской и Льва Толстого, прямо напротив Николо-Софийской церкви стоят вплотную друг к другу два замечательных краснокирпичных особняка – двух- и трехэтажный, создавая с узорчатым храмом-теремом работы Александра Щербачева запоминающийся ансамбль
Старшим по возрасту из «домов-братьев» является трехэтажный. Усадебное место по нынешнему адресу Чапаевская, 137 с начала 1880-х принадлежало самарскому второй гильдии купцу Петру Федоровичу Арбузову, торговавшему мануфактурными товарами. В 1887-м перешло к мещанке Авдотье Артемьевне Прохоровой, а 22-го июня 1893-го участок приобрел врач Станислав Амвросиевич Шимкевич. Прошение от нового владельца на постройку трехэтажного каменного дома было подано 3-го сентября 1898-го года, 5-го сентября городская Управа проект утвердила, и через год трехэтажный красавец уже числился в реестрах по начислению налога на недвижимость
Фасад здания, решенного в стиле кирпичной эклектики, расчленялся пилястрами, рустованными в уровне первого этажа. Стилизацией клинчатого руста оформлены и прямоугольные оконные проемы первого этажа. На втором этаже окна декорированы полочками-сандриками и подоконными нишами, на третьем - украшены зубчатым подоконным карнизом. Горизонтальное членение фасада выполнено карнизным поясом с зубчиками, в правой части над парадным входом в верхних этажах вывешены балконы с коваными ограждениями. Самые эффектные элементы – выходящие по крайним осям на фасад треугольные фронтоны – декорированы треугольными нишами с карнизом и сухариками.
«Младший брат», имеющий адрес Чапаевская, 135 и называемый в реестре ОКН домом мещанина В. Ф. Козикова, был построен уже в начале века двадцатого. Уступал «старшему» в размерах, зато отличался большей изысканностью облика. Все фасадные элементы так же выполнены из фигурного и точеного кирпича. Лучковые оконные проемы первого этажа и проездная арка обрамлены фигурными наличниками, на втором этаже полуциркульные окна обрамлены рельефными архивольтами, опирающимися на полуколоны и образующими стилизованную аркаду. По крайней левой оси находится сдвоенный дверной проем с двупольными филенчатыми дверями. Венчает здание многоярусный карниз с язычками и поребриками, по крайним осям здания расположены прямоугольные аттиковые стенки.
Что известно о владельцах? Станислав Амвросиевич Шимкевич , уроженец нынешней Беларуси и родственник знаменитого зоолога, академика Владимира Михайловича Шимкевича, в Самаре служил в земской больнице. Городские справочники так же указывали его дом как место проживания и приема «врача –оспопрививателя». Согласно окладным ведомостям, владел своим домом около двенадцати лет – а 11 мая 1911-го года продал самарскому купцу Абраму-Лейбе Вольфовичу Финкельштейну. Других сведений о Шимкевиче нет, а поскольку докторов в Самаре тогда проживал немного и каждый был, что называется, на виду - можно предположить, что из Самары он уехал.
Дом его соседа, мещанина Василия Федоровича Козикова, сменил владельца еще раньше, перейдя в 1903-м году в собственность «главного» самарского купеческого клана - Шихобаловых. Новой хозяйкой стала потомственная почетная гражданка Анна Дмитриевна Шихобалова – невестка Емельяна Шихобалова, супруга рано умершего Ивана Емельяновича и мать Павла и Петра Шихобаловых.
О судьбе самого Василии Федоровиче Козикова сведений не сохранилось, зато известно, что с его сыном Яковом в послереволюционные годы произошло событие, по тем времена почти невероятное.
Яков Васильевич Козиков, 1891-го года рождения, после революции благоразумно решил с новой властью сотрудничать. Весной 1920-го был направлен в Вешкаймский район города Димитровграда Ульяновской области руководить отделом рабоче-крестьянской инспекции, но 4 мая арестован «за контрреволюционную деятельность». Что обычно за этим следовало, мы знаем, но – о чудо! – проведя под стражей почти четыре месяца, 1-го сентября был освобожден «в связи с прекращением дела». И это случилось в те года, когда от ареста до «приведения в исполнение» приговора хватало нескольких дней! Правда, была ли дальнейшая жизнь Якова Козикова долгой и безоблачной, мы не знаем.
Послереволюционная судьба узорчатых кирпичных домов-братьев сложилась одинаково: в 1923-м одновременно были муниципализированы, по назначению так и остались жилыми до сих пор
использованные в статье фото взяты из открытых источников в интернете