Начало здесь: Глава 1.
Первая ночь наедине с дочкой. Ирина немного волнуется, справится ли? Положила на пеленальный столик несколько пеленок, приготовила чашку с кипяченой водой и вату, чтобы обрабатывать груди.
Разомлевшая после бани Оксаночка мирно спит, слегка посапывая крошечным носиком. Ее кроватку поставили впритык к маминой, и Ирина может слышать, чувствовать, видеть свою девочку, ибо оставила свет в прихожей.
Душу Иришки переполняют чувства нежности, благодарности, невыразимого счастья. Все ее существо трепещет, ликует, радуется. У нее есть дочь, самое родное самое любимое, самое дорогое существо на свете. Ирина не хотела спать, лежала поглядывая на дочь, дожидаясь, когда она проснется, чтобы покормить ее на ночь.
Однако, стоило ей на минутку закрыть глаза, так она провалилась в сон. И снится ей река. Вода в ней прозрачная, как в роднике. Меж белоснежных облаков, отражающихся в воде, плавают золотые и серебряные рыбки с длинными зелеными хвостами.
Сама Иришка сидит в лодке, держа на коленях девочку лет трех. На против их – Миша, он улыбается, щурясь от солнца. Миша гребет. С весел в воду падают прозрачные капельки, издавая мелодичный звон.
Но вдруг она оказалась не в лодке, а на деревянных мостках. Девочка сидит рядом с ней, опустив босые ноги в прозрачную воду. Она смеется, ей щекотно, серебряные рыбки клюют ее маленькие ножки.
В руках Ирины длинные белые холстины. Она пытается их выполоскать, но они тяжелые, неподъемно тяжелые, вытащить их из воды нет никакой возможности. Ира оглядывается кругом, ища глазами Мишу.
Увидела. Он стоит на противоположном берегу в зарослях ивы и пристально смотрит на Иришку. Она хотела окликнуть Мишу, но голоса нет. Миша махнул рукой и исчез в кустах, спугнув целую стаю желтокрылых птиц.
Девочка, сидящая на мостках рядом с ней, вдруг заплакала. Ирина, проснулась, не могла понять, где она, и кто это плачет. Ох! Это же ее маленькая маму зовет. А мамка сны смотрит, забыв про свою крошку. Встала, перепеленала дочку, дала грудь. Велико было желание лечь с ней в кровать, но она помнила строгий наказ бабушки Фроси, не кормить лежа. Можно уснуть и придавить ребенка грудью.
Оксаночка насосалась маминого молочка и уснула. Иришка положила дочку в кроватку, прикрыла одеяльцем, пошла на кухню. Бабушка Фрося сварила целую кастрюлю компота и оставила на столе. Она помнила, как мучает жажда после кормления ребенка. Выпив аж два стакана кисло-сладкого компота, молодая мамочка легла в постель и уснула до самого утра без всяких сновидений.
Начался первый день новой жизнь Ирины. Кормление, пеленание, укладывание, готовка, стирка. Если бы не было рядом бабы Фроси, неизвестно, как бы справилась. К вечеру устали обе. Переделав дела, уложив девочку, сели вдвоем пить чай. Ира подвинула ближе к бабушке тарелочку с шоколадными конфетами
- Угощайся, баба Фрося! Я бы тоже съела, но мне нельзя. Что хотела у тебя спросить. Мне сон приснился странный, хороший и грустный. Разгадаешь?
- Сказывай, попробую!
Ира рассказала свой сон в мельчайших подробностях. Баба Фрося помолчала, задумчиво отхлебывая чай из эмалированной кружки
- Даже не знаю, девонька, как и уразуметь твой сон. Видеть плавающую живую рыбу, это неожиданный поворот судьбы в лучшую сторону. Маленькая девочка, это к известиям. Полоскать белье, если правильно помню, то это к переменам в жизни. Что означает стая птиц, я не знаю, но думаю к хорошему.
Если не разбирать твой сон по кусочкам, то он говорит о том, что ты мечтаешь быть вместе с дочкой и Михаилом, но боишься, что этого не может быть. Так вот что я скажу тебе, милка! В этой жизни все может быть. Главное верить и все сбудется.
Сбудется, не сбудется, пока нужно жить. Картошку помог выкопать Семеныч. Там всего-то четыре рядка, но урожай просто великолепный. Земля хорошая, илом удобренная, все растет, как на дрожжах.
Приноровилась Иришка и пеленки стирать, успеть полы помыть, погладить и приготовить поесть. Гулять Оксаночку выводила каждый день. Осень в этом году сухая и теплая. Коляску для прогулок притащила Антонина
- На, Иришка, пользуйся, у Катьки взяла, она больше рожать не собирается. Ничего, что голубая, значит второй ребеночек будет сын.
- Спасибо огромное, тетя Тоня! Сколько я Катерине должна?
- Да, нисколько! Так отдала, говорит, чего коляске в сарае пылиться, место занимать? Ей тоже от кого-то даром досталась. Не новая уж, но ты ее отмоешь, нормально будет.
Антонина Ивановна раз в неделю или два заходила к Ирине просто так, потетешкаться с Оксаной. Заодно принесет то кусок мяса, то фаршу, то рыбки свежемороженой. Ничего, завод от этого не обеднеет, а девке какая-никакая помощь.
Она же и настояла, чтобы Ирина не тянула и подавала на алименты. Так Ира и поступила. Сходила в Загс, получила Свидетельство о рождении на дочь, заодно зашла в Нарсуд, написала заявление на развод и на алименты.
Не прошло и недели, как явилась бабушка Оксаны, мать Егора. Это было как раз в день крестин девочки. У Ирины за столом собрались: крестный отец, Федор Семенович, крестная мать, Антонина Ивановна, баба Аня, баба Фрося и сама хозяйка, Ирина.
Крестные отец с супругой подарили Оксане маленькие сережки-капельки, крестная - серебряную ложечку. Сидят, чай с пирогами пьют, все такие благостные, радостные, довольные. Хорошее дело сделали, сейчас вон, некоторые вовсе ребятишек не крестят.
Нюра вошла, по-хозяйски широко распахнув двери
- Кажись я не вовремя. У вас тут посиделки. Привет честной компании. Ира! Мне бы с тобой поговорить надо, да не при чужих.
- Тут чужих нет, тут все родные, говори при них
- Какая я тебе тетя? Мать я тебе. Свекровь. И хватит строить из себя королевишну, не таких ты кровей, чтобы выпендриваться. Без роду, без племени, незнамо кто отец. Собирайся, завтра за тобой приедем, я не позволю, чтобы моя родная внучка по баракам мыкалась. Будете у нас жить. Не надо было вас с Егором сразу в город отпускать.
Антонину аж подкинуло на табуретке
- А ты кто такая, родовитая? Кто тебя сюда звал? Ишь, собирайся! Куда ей собираться, к тебе в работницы? Свекровь нашлась, не живет Ира с твоим сыном, значит ты тут никто, дуй отсюда!
- Антонина, не командуй в доме моего сына. Не разведены пока, значит свекровь я ей. Чего девку с панталыку сбиваешь? Муж и жена, одна сатана, поругались, помирятся. Дитя у них.
- Не разведена, так разведется. Это не долго. Ты, Нюрка, как была халдой, так ею и осталась. Пришла, даже не спросила, как внучка, не глянула на нее, еще права какие-то предъявляешь. А ведь сегодня твою внучку крестили. Я теперь Иришке родная, потому что я крестная мать ее дочери, Оксаны. А ты здесь никто. Ступай отсюда, не порти нам праздник.
От Нюры не так-то легко отделаться
- Ты Ирка, чего молчишь? Неужто охота в нищете жить, когда дом такой хороший есть, хозяйство. Сытая будешь всегда, одетая, обутая.
- Я и так не голодная и босиком не хожу. Не стану я жить с твоим сыном ни за какие коврижки. Зря ты пришла, я подала на развод и на алименты.
- Знаю, повестка пришла. Только ты не надейся, что будешь жить на алименты. Егорка-то копейки на своей базе получает, алиментов с него шиш да маленько.
- Сколько присудят, столько и получу.
- Ох, ты и ду.а! Слушаешь вот этих. Всю жизнь одна маяться будешь. Кому ты нужна с приплодом-то? Егор наш себе жену найдет, а ты как думаешь жить с дочерью, без мужика? Хочешь всю жизнь одна лямку тянуть, как твоя мать, да подругам замужним завидовать?
Продолжение читайте здесь: Глава 19.