Это статьей мы открываем нашу новую постоянную рубрику, посвященную тем, кто работал в нашем музее в разное время. И начнем мы, как ни странно, не с почвоведов, а с художника.
Когда-то в музее была официальная должность – «художник-оформитель», поскольку требовалось творчески осмыслить и представить в экспозиции огромное количество новых почвенных монолитов, стендов; постоянно разрабатывались новые путеводители, буклеты. Именно этим и занимался Алексей Яковлевич Андреев, замечательный художник, которого в Академии помнят до сих пор.
Алексей Яковлевич родился 9 февраля 1928 года в деревне Большая Косуль (Красноярский край). В 1945 году переехал в Москву, а в 1950 году окончил художественно-ремесленное училище №64 по специальности «художник-альфрейщик» и поступил на работу в архитектурное подразделение Министерства путей сообщения.
В Академию он пришел в 1951, и с 1968 года стал работать художником-оформителем в Почвенно-агрономическом музее имени В.Р. Вильямса. Его графические работы стали основой иллюстративного материала Атласа почв, выпущенного в 1974 году по материалам музея. Принимал участие в оформлении помещений и экспозиции, печатных работ, издаваемых музеем. Разрабатывал символику, геральдику, поздравительные адреса, афиши, постеры и многое другое для нужд Тимирязевки.
В самом начале своей работы Андреев оформлял книгу «Тимирязевская академия», которая вышла в 1957 году ко Всемирному фестивалю молодежи и студентов. По его эскизам выполнены медали к 100-летию и 125-летию МСХА. Он также возглавлял группу из восьми художников, работавших над оформлением стендов, посвященных столетию Тимирязевской академии (стендов было выпущено около 100). На протяжении 35 лет Алексей Андреев сотрудничал с газетой «Тимирязевец», бесплатно оформляя для издания статьи и материалы к праздничным датам.
Обратите внимание на материал, на котором выполнена часть работ: это и листки из блокнота, и кусочки цветной бумаги. Складывается впечатление, что когда приходило вдохновение, Андреев просто брал первый попавший под руку подходящий предмет и начинал творить. То же самое можно сказать и его стихах (Алексей Яковлевич писал и стихи): написанные на каких-то обрывках, черновиках, но при этом почти без правок, начисто, они чудом сохранились в архиве музея.