В конце 1940-х - начале 1950-х в СССР был период малокартинья. В это время на экраны страны выходило столько фильмов, что иной раз их можно было пересчитать на пальцах, например, в 1951 году. Связано это было как с трудным экономическим положением в стране, так и с борьбой с космополитизмом, развернувшейся в это время. Но в 1953 году кинематограф вышел на предвоенный уровень, в 1956 превысил его более чем вдвое. Во многом тут была заслуга молодых режиссеров, одним из которых был Григорий Чухрай, экранизировавший книгу Бориса Лавренева "Сорок первый".
Казалось бы, это был наихудший вариант для дебюта. Только подумайте: начинающий советский режиссер снимает картину о любви белого офицера Вадима Говорухи-Отрока и красногвардейки Марии Басовой! Но Чухрай очень хотел выпустить именно этот фильм и, к счастью, его поддержал его учитель Михаил Ромм.
Съемки начались довольно бурно. Молодой режиссер не боялся спорить с коллегами, отстаивая свою точку зрения. Вот что пишет Олег Стриженов: "Первоначально в фильме были намечены беспомощные сцены, из-за которых он потерял бы свою трагическую окраску и стал бы походить на идеологический революционный боевик. Например, сидит Марютка одна, а к ней являются тени умерших по дороге красноармейцев и даже самого комиссара Евсюкова, который говорит ей: «Как ты посмела полюбить белого офицера? Как посмела изменить нашему красному делу»? И грозная тень начинает исчезать, а Марютка продолжает сидеть, размышляя о своем «контрреволюционном» поступке. И эго далеко не единственная сцена, которую Григории просто-напросто выбросил из сценария."
Собственно, лично мне не очень понятно, откуда взялись вопрошающие Марютку красноармейцы. В очень лаконичной повести Лавренева, по которой поставлена эта лента, ничего похожего нет. Но, видимо, у сценариста Григория Колтунова было свое видение ситуации. К счастью, режиссер отверг его нововведения, поставив свою картину очень близко к тексту. И прекрасная проза Лавренева заиграла новыми красками. Мы увидели бескрайние пески пустыни и синюю гладь моря. Встретились с упорным комиссаром Евсюковым и его бойцами. Правда, товарищ Евсюков выглядел вполне канонично, никакого малинового великолепия не было и в помине. Вероятно, для 50-х годов это было бы уже слишком экзотично. Если в 1924, когда вышла книга, гражданская война была реальностью, в 1955 она стала уже наполовину легендой. А герои легенд смешными быть не могут.
Фильм получился переломным. С одной стороны, в нем играли актеры, соответствующие по возрасту своим персонажам. Пару годами раньше такое случалось редко, ибо на главные роли брали маститых и заслуженных, так что нередко актрисы годились в бабушки своим героиням. Опять же, белые тут показаны не только как каратели, но и как умные храбрые люди. А красноармейцы, реквизирующие верблюдов у киргизов, обрекая их тем самым на голодную смерть, вовсе не выглядят ангелами. С другой, бравурная пафосная музыка очень мешает восприятию, забивая все остальные звуки. Но это осталось от "старого" советского кино.
Что касается актерской игры, то фильм вытянул Стриженов. Николай Крючков в роли Евсюкова был хорош, но роль эта небольшая и погоды не делает. Изольда Извицкая местами довольно сильно фальшивила. В любовных сценах все в порядке, но как только ей надо было сыграть революционный задор и классовую ненависть, все рушилось. Вероятно, откровенный фанатизм героини 1920-х был уже чужд актрисе 1950-х годов. А вот Олег Стриженов сыграл свою партию без единой неверной ноты. Его Вадим - умный, сильный, гордый человек, это очень достойный враг. При этом Стриженов был еще потрясающе красив и выглядел как настоящий аристократ. Судя по тому, что его мать училась в Смольном, дворянская кровь в нем была. Хотя, не поклянусь.
"Сорок первый" не стал супер-хитом в СССР, хотя его и посмотрело около 25 миллионов зрителей. Лидером проката в 1956 была "Каранвальная ночь" Рязанова, на втором месте - "Разные судьбы" Лукова (Вы такой фильм помните? Вот и я нет). Но "Сорок первый" едва ли не впервые показал, что Октябрьская революция и гражданская война - это не только "славная победа трудового народа", но и жуткая трагедия России. Недаром на Канском кинофестивале в 1957 году ему был присужден приз "За оригинальный сценарий, гуманизм и романтику".
P.S. Я не поняла один момент. Почему Говоруха-Отрок сдался красным? Все последующие события, его стойкость, мужество, откровенное презрение к смерти, свидетельствуют о том, что этот поступок не в его характере. К тому же, он бессмысленный, ибо так и так погибать. Я проверила как у Лавренева. Так же. Так почему?
Картинки с сайтов https://www.kinopoisk.ru/ и https://www.imdb.com/ плюс скриншоты.