Истории о Последнем императоре от одного из его первых тренеров в ММА.
Федор Емельяненко – легенда российских и мировых ММА. Последний император давно вошел в число лучших в истории спортсменов не только в смешанных единоборствах.
Жизнь Федора за пределами октагона и его публичной деятельности во многом скрыта от публики. Вокруг его прошлого – очень много мифов.
В начале 2020 года в «СЭ» вышла серия материалов о начале профессиональной карьеры Емельяненко-старшего. Для этого наши журналисты Илья Андреев и Юрий Голышак отправились в Тулу, где поговорили в том числе с одним из его первых тренеров в ММА – Андреем Былдиным.
Приводим один из интересных отрывков разговора о дружбе, ссоре и расставании. Здесь – о первых международных турнирах после переезда из Старого Оскола в Тулу.
«Горю, волнуюсь!»
— У Федора были страшные и большие гематомы? Самый лютый пропущенный удар?
— 2003-й, Федор как раз начал встречаться с Мариной. Уже стал чемпионом — выиграл у Ногейры и Фудзиты, лысого японца. Крепкого как сундук. Вот тогда Емельяненко пропустил страшный удар.
— Что было?
— Приезжаем в Японию и замечаю странности. Федя всегда ответственно подходил к боям — а тут мыслями где-то. Не может настроиться. Этот Фудзита — человек большой силы, но без ударной подготовки. Федя должен был его проходить.
— Оказалось не так просто?
— А Емельяненко «горит»!
— Это что значит?
— Сам так высказался — «Я так долго шел к вершине, а сейчас чувствую, что все могу потерять. Горю, волнуюсь!» Вот в этом состоянии пропускает удар в височную часть. Вижу — «поплыл»...
— Ой, беда.
— Все, думаю, конец. Проиграет!
— А если б проиграл тот бой?
— На этом карьера закончилась бы. Но Федя зацепился за шансик — не дал добить, затащил японца на себя. Как-то оклемался. Сделай соперник шаг назад и нанеси еще один избирательный удар — это был бы финиш.
— Чем закончилось?
— Федор встал, окончательно пришел в себя и провел хорошую комбинацию: два удара в голову — удар ногой в печень. Перешел в партер, сделал удушающий. Победил.
Жесткие спарринги
— Сам вспоминал потом пропущенный удар?
— Вообще-то к тому моменту Емельяненко перестал бояться ударов. Приезжая в Старый Оскол, вставал в пару с такими известными боксерами, как Михаил Гала, братья Лебедевы. Потом спрашиваю: «Ну и как тебе?» — «Вроде смотрелся не хуже...» Вскоре с Емельяненко мало кто хотел спарринговать.
— Так бил?
— Возвращается из Старого Оскола, где готовился по боксу. У нас бой через три недели. Спрашиваю: «С кем стоял в паре?» — «А ни с кем» — «Почему это?» — «Никто не хочет. Я там одного мастера спорта сломал в весе 75 кило, он к соревнованиям готовился. Другого приятеля травмировал». Федя не мог биться вполсилы!
— Это не так здорово.
— Ему было все равно, друг ты или тренер. Бил изо всей силы! Встаю с ним боксировать, чтоб просто почувствовал дистанцию. Потому что другие ребята выбешивались, не выдерживали. Лупит и лупит! У меня видео осталось — он так вкладывается в боковой удар, чтоб меня уложить. Я ухожу, Федя промахивается и падает. Лежит, улыбается.
— Вот человек.
— Или начинаем боксировать — говорит: «Андрюх, видишь, я тебе по печени ударил, через руку пробил, локоток прижат». Это не злорадство, а целеустремленность. Бьется со своим приятелем Костенниковым, я даже вмешиваюсь: «Федя, зачем так сильно?» — «Андрей, а кто меня в бою пожалеет?»
— Ребята сторонились?
— Да. Вот Миша Гала — другое дело. Спрашиваю: «Федя, ну и как тебе с ним?» — «Хорошо! Бывает, ловлю «зайчика»...»
— Это что?
— Нокдаун. Мы на них внимания не обращали.
— Вы от Феди «зайчика» не ловили?
— Если б хоть раз пропустил — сейчас бы ходил и воробьям дули показывал...
— Получается, уже тогда Емельяненко спарринговал с Денисом Лебедевым?
— Ну да. В Туле ставил в пару к Федору всех, кто чего-то достиг в боксе или кикбоксинге. Кроме Бозигита Атаева. Тот бьющий, не мог легко работать. Он Феде ни один удар не простил бы — перевернул бы его...
— Даже так?
— Да. Старались их развести. Я сам становился с Атаевым в пару — чтоб только к Федору он не подходил. Зачем тому сотрясение перед боями?
Больше историй про раннего Федора Емельяненко и легенд ММА — в наших материалах.