События разворачивались в апреле 93 года. Я собрался в командировку в Швейцарию, но тут поступила просьба - сходить в морг и проверить, нет ли там тела шурина, который куда-то исчез.
Ну, захожу в морг. Он переполнен. Тела везде: на полу, на кушетках, под кушетками. Разных цветов и оттенков, разной степени целостности. Как всех просмотреть? Пытаюсь наклониться с поворотом головы – упираюсь своей головой трупу в живот. Хочу подойти поближе, но как не наступить в лужу сукровицы?
Наконец нашёл… Кажется это он? Но трудно узнаваем. Пьяненькая санитарка хихикает: «Мужчина, смерть никого не красит!».
Послал его братьев удостовериться. Он!!!
В заключении написано, что замёрз пьяный, шел через овраг и упал. На ногах и руках ссадины. Он хорошо дрался, мог один против троих, выучили в погранотряде.
Но вот замёрз! В начале апреля. Родня оспаривать заключение медиков не стала, а я поехал в Москву в посольство Швейцарии за визой, за неделю до вылета.
Середина апреля, но холодно. Дождь, иногда со снегом. Очередь – около тысячи. Проходят – человек шестнадцать в день. Все ждут. И я тоже. Чего ждём, на что надеемся?
Завтра уже лететь, билеты куплены. Подсчитываю, сколько потеряю на их сдаче обратно в кассы Аэрофлота. Но за несколько часов до закрытия посольства меня выдергивают из очереди и дают визу! Ура! Я лечу!
Радости и удивления, как у персонажа фильма «Андрей Рублёв», когда тот летел на воздушном шаре.
Много я в Швейцарии увидел всякого, что в диковину было для советского человека!
Но сегодня половина этих диковин в Ижевске на каждом углу. И сейчас речь не об этом.
Прямо напротив гостиницы в городишке Кройцлинген – большой универмаг. ( Большой, как я тогда считал.)
Мимо витрин с колбасами, килограмм которых стоил в половину моих командировочных, я шмыгал в отдел, где дешёвые газировки. Именно шмыгал, так как продавцы очень настойчиво предлагали свои колбасы. А я был неиспорченный навязчивым буржуазным сервисом покупатель, и боялся, что поддамся на уговоры…
И был там один закуток, в который я никогда не заходил…
Но вот зашёл. Пусто, посетителей нет. Никого! Полки завалены баночкам с консервами.
Что за чудеса такие? Приглядываюсь. З0 видов консервов для кошек и 20 видов для собак!
И тут на меня напала истерика. Я рыдал над этими консервами и не мог остановиться! Кое-как высушил слёзы, и незаметно вышел из отдела. Очень не хотелось, чтобы внимательные продавцы вызвали «скорую».
Ибо какой нормальный посетитель будет рыдать в отделе собачьих консервов?
Ну что же, незаметно прошла Неделя. Пора в обратный путь. Грязное бельё, плюс «мануалы» к прибору, сложил в картонный ящик и сдал в багаж. Остальное в кейсике с собой.
В салоне самолёта увидел симпатичную женщину. Где-то я её видел? Не могу вспомнить. Ухоженная, розовая, довольно улыбается. Ба! Так я с ней целую неделю встречался в очереди у посольства, когда стоял за визой! Но там она была зелёная, костлявая и шмаляла сигарету за сигаретой.
Прилетаем в Шереметьево. Жду багажа. Пришел мой ящик самый последний. Разбитый. Так что женская рука в дырку может пролезть, но «как бы» ящик и не совсем поврежден. Мало того, что заставили ждать лишние 40 минут, так ещё и на меня нарычали, будто я в чём-то виноват.
Однако всё же мне было приятно, когда я представил, как женская рука с маникюром шарится в моём грязном белье!
Прилетаю домой, жена спрашивает: «Где ты был? Как будто месяц отдыхал на море!»
До этого последний раз я плакал в 5-м классе, когда получил двойку по алгебре. «Кобра» была неумолима! Двойку поставила за подсказку.
Тогда был совсем свежий случай: мой папул самым непедагогическим образом больно меня отлупил за три четвёрки, которые я получил в один день. А тут аж двойка! Он, видите ли, делал из меня отличника! И таки сделал, школу я закончил с золотой медалью и с первого захода поступил на физфак МГУ.
Но это уже другая история. На тему педагогики.