Найти тему
Записки Адель✍️

Глава 33

Хатидже благополучно родила дочь, которую назвали Айше в честь бабушки. Поздно ночью Валиде-султан и Хюррем вернулись в Топканы. Валиде сразу направилась в покои Махидевран. Приказав охранникам у дверей не будить Госпожу. Тихонько приоткрыла дверь. Махидевран спала, по бокам от неё лежали Мехмед и Михримах, которых она обнимала во сне. Дети спали, крепко прижавшись к матери. Валиде не стала их будить, она пошла к себе. Все-таки Махидевран была, хороший матерью подумала Валиде. Её дети всегда вели себя достойно, она их правильно воспитывает. Не то, что Хюррем, Селим и Баязид всегда ссорились. По дороге она заглянула к Эсме. Та спала, положив Османа рядом с собой. Какая беспечность подумала Валиде, ребёнок совсем маленький, должен спать отдельно. Завтра она скажет ей об этом, а сейчас пора спать. Сегодня у неё был счастливый, но тяжёлый день.
Утром весь гарем проснулся от крика Эсмы. Махидевран как и все, накинув халат, пошла к покоям Эсмы. Эсма рыдала, прижав к себе мёртвого сына. Оказалось, она заспала ребёнка. Валиде не могла поверить в случившиеся.
-Как такое могло произойти? Как ты могла быть так беспечна? Что я скажу сыну?
Хюррем как могла, успокаивала Валиде. Махидевран тоже подошла к свекрови.
-Валиде вам нужно успокоиться, у вас слабое сердце. Дайе уведи Госпожу в покои и приготовь ей успокоительный чай. Хюррем ты тоже ступай. Тебе вредно волноваться.
Когда Валиде и Хюррем ушли к себе. Махидевран повернулась к слугам.
-Заберите у неё ребёнка, займитесь похоронами. Поднимите свою Госпожу.
Эсма безумными глазами смотрела на Махидевран.
-Это ты, ты убила моего ребёнка. Я убью тебя. Как только вернётся Повелитель, я всё ему расскажу, он казнит тебя.
Она кинулась на Махидевран, но слуги оттащили её.
- Это вряд ли, ты теперь никто. Повитуха осмотрит тебя и подтвердит твоё бесплодие. Ребёнка уберечь ты не смогла. Поэтому ты больше не интересна Повелителю. После похорон отправишься в Старый дворец.
Махидевран покинула покои бывшей фаворитки. Вернувшись к себе, Махидевран переоделась, позавтракала с детьми. Затем позвала Сюмбюля.
-Сюмбюль нужно усилить охрану у моих покоев и покоев Хюррем. Эсма ,безумна, как бы чего не натворила. Глаз с неё не спускайте, пока она не уедет в Старый дворец.
-Вы правы Госпожа. Жалко бедняжку, какое горе ей пришлось пережить.
-Ступай Сюмбюль. Гульшах, Салиха пока Эмса во дворце глаз с детей не спускать. Головой за них отвечаете.
Махидевран оказалась права, ближе к вечеру Эсма попыталась проникнуть в покои Махидевран с кинжалом в руках, но охрана не позволила ей это сделать. Поэтому она решила расправиться с Хюррем. Ночью она попыталась поджечь покои Госпожа, ей хотелось, чтобы Хюррем сгорела, вместе с детьми. Но пожар удалось потушить. Эсму посадили под арест, в своих покоях до похорон. Утром Хатун, нашли повешенной, в собственных покоях. Не пережив горя она решила свести счёты с жизнью. На следующий день из Топканы вынесли два гроба. Весь дворец погрузился в траур.  Воспользовавшись моментом Махидевран отправила Гуль-агу в город разведать как обстановка. Еще он должен был посетить злачное заведение и доставить Госпоже отчет.
Махидевран причесывала Михримах, они собирались навестить Валиде, когда ей доложили, что пришла Хюрем.
-Пусть войдет. Михримах иди к себе. Хюрем ! Чем обязана ?
-Здравствуй Махидевран. Я пришла тебя поздравить, ведь ты так искусно расправилась с Эсмой. Интересно кто будет твоей следующий жертвой? На что еще ты готова пойти ради власти?  Учти, я не позволю тебе убить моих детей!
-О чем ты говоришь Хюрем? Ты совсем разума лишилась? Забыла кто перед тобой?
- Нет, не забыла. Ты хитрая, жестокая, расчетливая женщина, которая пойдет на все, чтобы расчистить путь сына к трону.
-Не забывай Хюрем, благодаря кому ты сейчас находишься во дворце, а не коротаешь дни вдали от детей. Если бы я хотела убить твоих детей, то давно бы сделала это. Только мне это не нужно, ты сама приведешь своих детей к гибели, своим безрассудством. А теперь ступай к себе и не показывайся мне на глаза.
Хюрем направилась к выходу и на пороге столкнулась с Гюль-агой. Евнух был явно чем-то встревожен.