Смерть королевы Марии-Терезы в конце июля 1683 года повергла Людовика XIV во внутренний кризис. Его советники и придворные большей частью предполагали, что король снова женится: его невестой снова станет какая-нибудь великая принцесса. Так поступали короли снова и снова, если их жены умирали, как это случалось со многими европейскими монархами.
Почему бы и нет? Накануне своего сорокапятилетия Людовик был еще крепким мужчиной. Румяная внешность его юности поблекла: красивые волосы, которыми когда-то восхищалась Великая мадемуазель, начали выпадать к тридцати годам, и теперь он был фактически лысым, спасаясь пышными париками с кудрями, в которых он изображен на государственных портретах.
Рот Короля начал опускаться от пановской улыбки его юности, нос стал более выраженным. Прекрасные ноги и ступни, которыми, как и волосами, восхищались придворные, когда он танцевал героические партии в придворном балете, иногда мучила подагра.
Он начал прибавлять в весе: что неудивительно, учитывая его огромный аппетит, приводя в отчаяние тех, кто ел вместе с Его Величеством, ожидая, что будет то же самое и с ними. Съедались огромные груды дичи, выпивались кувшины вина, начиная с раннего утра и заканчивая поздним ужином, который не посрамил бы великана Рабле Гаргантюа. Для ночного перекуса была предоставлена еще птица и более простые напитки.
Лизелотта описывала, что она часто видела, как король пожирал фазана и куропатку целиком после четырех тарелок разного супа,
«большой тарелки салата, двух больших ломтиков ветчины, баранины с соусом и чесноком, тарелки сладких пирожных, и, кроме того, фруктов и яиц, сваренных вкрутую».
(После его смерти было обнаружено, что его желудок и кишечник по своим размерам и вместимости вдвое превышали таковые у любого обычного человека. Без сомнения, эта информация утешила оставшихся в живых придворных, которым приходилось не отставать от него).
И все же, если Людовик больше не поражал зрителей своей богоподобной красотой, то само его присутствие повелевало ими — «эта тайная сила королевского величия». И его голос, безошибочный голос короля, редко повышающийся, ожидающий, что ему всегда повинуются.
Один офицер-ветеран, просивший об одолжении, задрожал при звуке голоса своего государя и пробормотал: «Сир, я не дрожал так перед Вашими врагами». Что касается взгляда Людовика, то живой взгляд озорного мальчишки стал проницательным взглядом великого короля, с его раскосыми темными глазами, в которых угадывались восточные черты.
Конечно, в Людовике XIV было еще много такого, что могло бы сделать принцессу довольной, если процитировать тоскливое замечание Франсуазы о выборе Марией-Терезой мужа много лет назад при ее официальном появлении в Париже. Его энергия не уменьшилась.
Несмотря на подагру, король все же ездил стрелять и охотиться, даже если иногда использовал удобную маленькую повозку. Его рабочая нагрузка была такой же тяжелой, как и всегда, а с другой стороны, праздники в Версале по-прежнему были великолепны.
- Продолжение следует, начало читайте здесь: «Золотой век Людовика XIV — Дар небес». Полностью историческое эссе можно читать в подборке с продолжением «Блистательный век Людовика XIV».
Самое интересное, разумеется, впереди. Так что не пропускайте продолжение... Буду благодарен за подписку и комментарии. Ниже ссылки на другие мои статьи: