Иногда исторические здания, как и герои, получают известность и славу только после своей гибели. В Самаре лучший тому пример – особняк Фирса Наймушина.
Как всегда, по порядку. С 1880-х годов волжский берег Самары начиная от завода фон Вакано до нынешнего Постникова оврага занимали дровяные и лесные пристани и паровые лесопилки. Город сдавал землю под строительство лесопилок по довольно высокой цене – но затраты на аренду за год окупались в сотни раз, так что на территории нынешних набережных круглосуточно работали сверхдоходные лесопильные производства, а Самара была поволжским центром лесопромышленности и лесоторговли.
О владельце одного из самых больших предприятий - Михее Андреевиче Наймушине – известно, что родом он из Екатериновки Старобуянской волости, приписан к крестьянскому сословию, придерживался Старой веры, был честен, трудолюбив и в своих трудах успешен. Позже семейное дело перешел к сыновьям – Иллариону и Фирсу. Назвать прибыльный бизнес легким было нельзя – с конца мая до сентября выгрузка леса шла по 14-16 часов в сутки, и неудивительно, что жил потомственный владелец лесопилки Фирс Михеевич Наймушин возле нее же, рядом с речными пристанями.
Уже на рубеже веков Фирс Наймушин задумался о строительстве собственного дома и в апреле 1902-го года приобрел участок на нынешней улице Степана Разина, 106. Архитектор Филарет Засухин построил для него особняк в модном стиле модерн, при этом довольно необычный для Самары.
Дом на волжском склоне слегка напоминал загородную виллу. Он не «подпирал боками» соседей, а находился в центре участка, от улицы отделялся ажурной кованой металлической оградой с объемными воротами и калиткой. Как и в особняке Вильгельма Кирста, Засухин сумел сочетать модерн с чертами германского «средневекового» неоромантизма. Здание состояло как бы из отдельных объемов разных помещений, вертикальной доминантой уличного фасада служила трехъярусная башня , возвышающаяся по центральной оси.
Во втором ярусе раскрывался широкий остекленный дверной проем выхода на балкон с металлическим ограждением. В нижнем ярусе башни находился полуциркульный проем главного входа-портала, а завершалась она широким карнизным свесом. Южный фасад был акцентирован массивным выступом-ризалитом с широким треугольным щипцом и проемом витража на высоту двух этажей. С западного же – волжского – фасада возвышалась четырехъярусная башня с остроконечным четырехгранным шатром. Высокие скатные крыши придавали облику пластичность и живописность, внутренняя планировка так же была свободной и асимметричной. Этажи связывала парадная лестница, все детали интерьера – карнизы, плафоны, дверные проемы - подчинялись единому замыслу
А 21-го января 1911-го года усадебное место со всей недвижимостью сменило владельца. Новым хозяином самого романтичного творения Филарета Петровича Засухина стал вице-губернатор Санкт-Петербурга, купивший особняк для своей супруги
Покупка самарской недвижимости высокопоставленными петербуржцама вполне понятна, если вспомнить, что питерского вице-губернатора звали Мстислав Николаевич Толстой. Родом он был из Самары, приходился сыном скандально известному многолетнему предводителю самарского дворянства графу Николаю Александровичу Толстому и, соответственно, братом писателю Алексею Николаевичу Толстому. Жена его, в свою очередь, была дочерью бывшего самарского губернатора Александра Брянчанинова. Сказочный особняк со стрельчатыми окнами, башенками и черными копьями чугунной ограды служил Толстым до 1917-го года.
Дальнейшая судьба семьи сложилась в духе времени – Мстислав Толстой «временно» из России выехал, а обратно вернуться уже не смог. Жена была вынуждена выслать ему «решение о разводе», а собственное «губернаторское» происхождение постараться скрыть. Бывший петербургский вице-губернатор, пытаясь как-то устроиться, владел «куриной фермой под Парижем», но, разорившись, переехал в Белград. Писал там мемуары.
В его бывший особняк во время Великой Отечественной войны заселилась военная миссия Великобритании, эвакуированная из Москвы. В дальнейшем использовался медицинскими учреждениями, с 1987-го стал объектом культурного наследия, а 15 лет назад, в 2007-м году, был подожжен злоумышленниками. Без жертв чудом обошлось, но вместо восстановления памятника власти приняли решение о сносе и последующем воссоздании.
Решение вызвало ожидаемо бурную реакцию - именно тогда дом Фирса Наймушина сделался едва ли не самым известным историческим памятником города. Со временем страсти поутихли, проект "воссоздания" был подготовлен и запущен. Пока ждем.
использованные в статье фото взяты из открытых источников в интрнете