История о том, как аргентинская актриса из лица рекламы мыла превратилась в духовного лидера нации.
Аргентинская Золушка
Мария Эва Ибаргурен родилась 7 мая 1919 года в маленьком аргентинском городке Лос-Тольдос. Она стала пятым и последним внебрачным ребёнком фермера Хуана Дуарте и его служанки Хуаны Ибаргурен.
Хуана и дочери подрабатывали кухарками на фермах. Местные относились к «безмужней вдове» с презрением. Тем не менее она пристроила сына на военную службу в столицу и удачно выдала замуж троих дочерей. Но младшая избрала для себя иной путь — она мечтала стать актрисой.
В 15 лет Мария Эва переехала в Буэнос-Айрес, который тогда называли южноамериканским Парижем. Вскоре она начала получать роли в театре и кино. Настоящей удачей стал контракт с крупным производителем мыла — Мария Эва получила первую работу на радио. Вскоре Дуарте стала одной из самых популярных радиоведущих страны.
1944 год Эва в мемуарах называла началом своей настоящей жизни. В январе этого года она посетила благотворительный вечер в пользу жертв землетрясения в Сан Хуане, самого страшного в истории Аргентины. Вечер организовывал глава Секретариата труда полковник Хуан Перон. Вскоре после знакомства Эва Дуарте стала его любовницей.
Мост любви между Пероном и народом
Военная элита не одобряла связь Перона с молодой актрисой. Популярность же Хуана среди рабочих только росла, и напуганные этим офицеры отправили полковника под арест. 17 октября 1945 года в Аргентине до сих пор помнят как день освобождения Перона народом.
Эва оставила карьеру артистки и стала помогать мужу. Она ездила с ним по стране и выступала перед женщинами-работницами. Хуан мечтал вовлечь женщин в политическую жизнь, получить их поддержку. Стратегия Перона оказалась удачной. Выборы 1946 года сделали его президентом, а Эву — первой леди.
Постепенно сформировался новый имидж Эвы Перон: роскошные платья и шляпки сменились простыми костюмами и фирменной строгой причёской. Первая леди переняла ораторский стиль мужа — эмоциональный и театральный. Основную массу сторонников Перона составляли бедные рабочие, которых в Аргентине называли безрубашечниками. Обращаясь к ним, она говорила о самопожертвовании, светлом будущем, но больше всего — о своём супруге. Эва называла его героем, патриотом, а себя — мостом любви между «нашим дорогим президентом» и «его безрубашечниками».
Портреты Эвы были на календарях, спичечных коробках, во всех школьных учебниках. Она выступала по радио и телевидению. «Безрубашечники» дали своей любимице уменьшительно-ласкательное прозвище Эвита. Перон стал единственными президентом Аргентины, который на официальном портрете изображён в паре с супругой.
Важнейшую роль в формировании образа сыграл оформленный в 1948 году фонд «Эва Перон». Он занимался строительством больниц и приютов, помогал малоимущим, сиротам, старикам и бездомным. Как его глава, первая леди лично встречалась с нуждающимися. Она не брезговала даже целовать больных сифилисом и лепрой, прикладывать руки к гнойным ранам бедняков. Это сильно повлияло на её известность в католической Аргентине. Некоторые стали почитать её как святую.
Особую поддержку первой леди оказывали женщины. В 1947 году Перон подписал указ о наделении женщин Аргентины избирательными правами и на церемонии символически передал его в руки жене. В 1951 году женская часть перонистской партии предложила сделать Эву вице-президентом.
В 1950 году у Эвы Перон диагностировали рак матки. В последние годы первая леди не могла стоять без посторонней помощи и принимала сильнейшие обезболивающие, чтобы участвовать в предвыборной кампании мужа. Борьба с тяжёлой болезнью сделала образ Эвиты только привлекательнее в глазах народа.