На правобережье Днепра у нас сложилась тяжёлая, напряжённая ситуация. Оба моста, что связывали эту территорию с нашей большой землёй, выведены из строя. То есть наша логистика затруднена до предела, выручают лишь паромная переправа. Рядом с автомобильным мостом, есть железнодорожный. Летом по нему были попадания, но повреждения он получил незначительные. Однако местные власти сообщили, что этим мостом Россия не пользуется (возможно, что это военная хитрость). В общем и целом всё равно доставка тех же боеприпасов или топлива даётся тяжело. Даже часть артиллерии работает из-за реки.
Поэтому возвращаясь к вчерашнему интервью Cурoвикина и его словам, о возможных тяжелых решениях (можно предположить, что речь может идти о сдаче Xeрсона), то перед Россией встаёт трудная дилемма, состоящая из двух аспектов: политическом и военном.
Если говорить о политическом, то Xepcoн – единственный областной центр, который нам удалось пока освободить. И он сейчас находится в прицеле западных хозяев Кокаиниссимуса, они требуют его взятия, для того, чтобы перед своими выборами показать, что они не напрасно вваливают деньги в уркаину. Угу, мрут за выборы Демпартии США. Дурачьё-то. Но если мы его оставим, это будет первый областной центр России, который захватят нацики с момента ВОВ. Это будет, безусловно, политическое поражение. Хорошо, что мы не такие политически зависимые, как наш враг. Медийка нас мало беспокоит, хотя недооценивать её не стоит. Сентябрьская «перегруппировка» показала, что наше общество довольно болезненно восприняло отступление. Второе, если, конечно, оно случится, будет совсем не похоже на первое, но тем не менее.
Вот мы подходим ко второму аспекту – военному. Мы вначале описали проблему снабжения. Исходя из этого, можно предположить, что в правобережье мы не можем держать какую-то большую группировку. Сейчас там, по неофициальным данным, соотношение 1 к 5, но на нашей стороне авиация, которая там действует превосходно (чтобы это преимущество нивелировать, то каратели просят прислать ПВО из-под столицы, якобы оно там всё равно ничего не сбивает, ни «Герани», ни уж тем более ракеты).
Поэтому же на правобережье находятся почти без ротации уже 8 месяцев наши отчаянные парни. Воистину, слава ВДВ. Как не крути, а они опять доказывают, что ВДВ – это особенные войска, способные на многое, и их девиз: «Никто кроме нас», тут особенно актуален.
В общем, главный вопрос теперь сдавать или не сдавать? Здесь, как и сказал командующий, всё будет зависеть от ситуации. Если удастся разгромить противника и устоять, то будет превосходно. Но, скорее всего, городу очень серьёзно достанется. Уйти и сохранить бойцов, тоже вариант, это лучше чем положить всю ту группировку. Мы уверены, что сейчас, до попыток наступления противника, никто сдавать ничего не будет. Есть очень сдержанный оптимизм (а как без этого?) что удастся отбиться. Хотя численное превосходство у противника, но качество на нашей стороне. На нашей стороне рельеф местность, чистое поле - очень тяжелая местность для наступления. Погода, тоже может сыграть нам на руку, развезёт поля, по ним не проедешь ни на танке ни на джипе. Отказ наёмников (как и тех, кто уже ходил в атаку) идти в первых рядах, да и вообще атаковать в чистом поле, поэтому часто в атаку идут новобранцы или тероборона.
Превратить город в крепость, затруднительно. Точнее затруднительно его будет снабжать. Как только артиллерия подойдёт, чтобы бить за реку, то они воспользуются этим сполна.
Как видим, политические и военные цели, по идее могут приобрести противоположный вектор. Но мы уверены, что военная необходимость и сохранение жизней солдат возьмут верх над любыми политическими раскладами. А как бы то ни было, но решение, где поставить запятую во фразе "Уйти нельзя остаться", может быть самым трудным в этом конфликте.