Каждый год 30 октября в России отмечается День памяти жертв политических репрессий. И это повод – продолжить разговор на данную тему.
Часть 2. Начало – ЗДЕСЬ:
Вначале сделаем оговорку - статистика обезличивает историю, затрудняя восприятие конкретных дел и обстоятельства их возникновения.
То, что происходило в нашей стране в довоенные годы – большая трагедия! И она ничем не может быть оправдана.
Всего несколько цифр для сравнения. Подсчитано, что во второй половине XIX века в России смертная казнь применялась ежегодно к 10-50 лицам[1]. В СССР же только за два года (1937-1938 гг.), и только по делам лиц, арестованных органами госбезопасности, было приговорено к высшей мере наказания 681 692 тыс. чел.[2]. То есть – каждый день расстреливали до тысячи человек!
Так в Ленинграде, например, кровавым оказался весь январь 1938 года, о чем сегодня знают немногие. Только 18 января - только в одном городе Ленинграде - по решению Комиссии НКВД и Прокуратуры СССР были расстреляны 1267 человек, в том числе 97 женщин. Все – безвинные жертвы, приговоренные во внесудебном порядке комиссией НКВД и Прокурора СССР.
Об этом можно прочесть ЗДЕСЬ:
Официально учтенное число лиц, осуждённых в 1921-1953 годах за «контрреволюционные преступления», давно известно. Согласно различным справкам, составленным еще в 50-е годы, всего было репрессировано около 3,8 млн. чел., из них расстреляно около 800 тыс. чел.[3].
Вместе с тем, некоторые историки полагают, что эти цифры не являются полными и окончательными. А.Н. Яковлев, например, имевший доступ ко всем архивам, так и не смог этого сделать. В середине 90-х он довел количеств репрессированных до 5 млн. чел, а в 1999 году – до 8 млн.[4].
Причины, по которым мы лишены возможности установить точное число осужденных «контрреволюционеров», понятны.
В годы гражданской войны учет преступности и судимости еще не был налажен. Да и уничтожали тогда людей не за совершенные преступления. Впрочем, не только тогда. М.Я. Лацис прямо писал: «Не ищите на следствии материала и доказательств того, что обвиняемый действовал делом или словом против советской власти. Первый вопрос, который вы должны ему предложить, какого он происхождения, воспитания, образования или профессии. Эти вопросы и должны определить судьбу обвиняемого»[5].
Поэтому практически невозможно подсчитать – сколько наших соотечественников было истреблено в первые годы советской власти. По неполному учету, имеющемуся в ФСБ РФ, в 1918–1920 годах за «контрреволюционную преступность» был осуждён 62 231 человек, в том числе 25 709 приговорено к расстрелу[6]. По мнению же историка В.Н. Земскова, реально было репрессировано тогда около 100 тыс. человек[7].
Судебную статистику, как таковую, ввели в СССР только в 1921-1922 годах, еще несколько лет ушло на налаживание системы учета. Но эта система не включала многочисленные расстрелы без суда и следствия, погибших от голода, в результате раскулачивания, депортаций и др. …
Криминолог В.В. Лунеев обоснованно заметил, что «контрреволюционная преступность всегда учитывалась особо, была сугубо ведомственной и строго засекреченной»[8]. В целом, статистические сведения, приведенные в его книге, совпадают с теми данными, которые автор изучал в ведомственных судебных архивах. Согласно этим сведениям, за два десятилетия (1918-1938) было привлечено к ответственности за контрреволюционные преступления 5,5 млн. чел. За два последующих десятилетия – еще около 1,5 млн. чел.[9]. Итого – около 7 млн. чел.
[1] Уголовное право России. Общая часть. М.: Статут. 2009
[2] ГУЛАГ (Главное управление лагерей). 1917-1960. М. 2000. С. 431-434.
[3]В 1990 г. председатель КГБ СССР В. Крючков озвучил следующие данные: с 1930 по 1953 гг. репрессировано 3 778 254 чел., из них 786 тыс. чел. были расстреляны.
[4] Яковлев А.Н. Вестник РАН. 2000. Т. 70. № 6. с. 505.
[5] «Красный террор» от 1 ноября 1918 г.
[6] Кудрявцев В.Н., Трусов А.И. Указ. соч. С. 314.
[7]Земсков В.Н. Политические репрессии в СССР: реальные масштабы и спекулятивные построения. Политическое просвещение № 6. 2013.
[8] Лунеев В.В. Преступность XX века. М. 1997.
[9]Лунеев В.В. Преступность XX века: мировые, региональные и российские тенденции. М. Wolters Kluwer. 2005. с. 366-367.