Отрывок из книги «Проза морской жизни», стр. 87.
История с участием Киры Маргарянца, ещё одного славного преподавателя ВВМУПП им. Ленинского комсомола, в прошлом бравого подводника.
На пирсе тихо в час ночной.
Тебе известно лишь одной,
Когда усталая подлодка
Из глубины идёт домой.
С. Гребенников, Н. Добронравов
Поведаю вам, дорогой читатель, давнюю легенду, седую, как ваш покорный слуга и камни побережья Баренцева моря. А где быль иль небыль — судите сами, где правда, а где флотский фольклор.
Поговаривают, что родилась байка в легендарных стенах ВВМУППа, и на поверхность моря сурового чудесным образом поднял её не менее легендарный капитан 1-го ранга Кира Маргарянц.
Множество историй с ним и вокруг него происходило неслучайно, наш герой — необычайно колоритный персонаж многих повествований, извергающий яркую лавину флотского юмора.
Сам Кира начинал первую лекцию о Боевых Средствах флота словами:
— Зовут меня Кирилл Иванович, фамилия, что неудивительно, самая русская — Маргарянц!
Преподавал и на кафедре торпедного оружия ВВМУПП. Поговаривали, что он сын испанского народа, из эвакуированных детей.
Апофеозом случилась его «музыкальная история».
Кира с корсарами морских глубин на своей дизелюхе возвращался с боевой службы протяжённостью больше полугода с далёких Карибов к родным берегам Палермо, для тех, кто забыл — город Полярный, Екатерининская гавань, Северный флот.
Подлодка ворвалась в гавань поздно вечером, по плану оперативного дежурного назначен заход в базу с утречка, по светлому. Но командир, будучи заслуженным и легендарным, под стать экипажу, не привыкший стоять в очереди, договорился с НИС и ОВР и скрытно проник в родную базу, огорошив оперативного бригады.
Внезапное появление корабля свалилось, как ком на голову. Героев никто не ждал, спешно начались поиски швартовой причальной команды. Самоличный цепкий взор Кэпа узрел на корне пирса невысокого росточка матроса в приметном белом караульном тулупе. По громкоговорителю матросику было велено принять носовой швартовый.
Швартовщик неуклюже пытался что-то изобразить, постоянно упуская конец в студёную воду, в довершение к неловкости плюнул на свою никчёмность и с первой космической скоростью скрылся в направлении штаба бригады. Не дай бог, догонят и претворят в жизнь обещания: вдуть, порвать, вступить в половую связь противоестественным образом, ясен кнехт, выраженные в нелитературной форме.
Не иначе, убегая, Тулуп думал: «Звери, а не люди».
Вся операция неудачной швартовки и бегство Тулупа сопровождались выдачей в матюгальник хорошей увесистой брани с содроганием всей причальной стенки. Командир лодки являлся доблестным мастером торпедного удара, и матерщины слыл мастаком.
Наконец, прибежала швартовая команда, привязала лодочку по уму, как положено.
Не замедлил приехать комбриг на ГАЗе, принял на причале доклад командира.
И первыми его словами были:
— Ты вообще, еть-медь, ухи поел?
Командир в ответ:
— Не понял! Я авианосец в перископ как вас видел у острова Свободы!
Комбриг, уже на повышенных тонах:
— Ты кого только что на хер@х относил?!?
— Не понял. Вы про того матроса сиворукого, что ли? Так он конца боится, как девственница из монастыря!
— Ты послал… любимого всем советским народом композитора Александру Пахмутову!!!
Здесь пришёл черёд в осадок выпасть командиру:
— А какого… она, народная… на пирсах Полярного по ночам шарахается?
Оказывается, Александра Николаевна писала свою впоследствии бессмертную «Усталую подлодку» и за вдохновением с Николаем Добронравным прибыла в Полярный. Никого, не трогая, в творческом поиске она бродила в одиночестве по безлюдному вечернему пирсу, утеплённая заботливыми подводниками в тулуп и валенки, и слагала песнь. Вдруг откуда ни возьмись, появилась подводная лодка.
Осознав весь ужас случившегося, Киря берёт ГАЗик комбрига, мчит в Мурманск, на известной явке покупает букет роз (внимание — зима, Заполярье), шампанское, фрукты и шоколад. Гонит в гостиницу, чтобы пасть к ногам Пахмутовой, пребывающей в глубоком потрясении от ненормативной флотской лексики и неудачной попытки ошвартовать подводный чёлн. Вымаливает прощение.
Киря наряду с куражом проявляет напористое флотское гостеприимство, приглашает великого композитора на свой борт пообщаться с подводниками, только вернувшимися из дальних странствий. Командование флота позволило творческому дуэту Пахмутовой и Добронравова прочувствовать романтику морских глубин в составе экипажа бравых корсаров, пришедших с Карибского моря. Во главе с Командиром с большой буквы был совершён выход в море и даже погружение на небольшие Баренцевы глубины. Поэт лично оценил, какое значение для подводника имеет команда «Дифферент на корму».
И, о Чудо!
Песня родилась по мановению провидения, такая пронзительно-трогательная лирическая баллада, при этом мужественная и лаконичная. Ставшая впоследствии негласным и горячо любимым всеми подводниками гимном их суровой службе.
И, как говаривал капитан 1-го ранга Маргарянц, строки:
Хорошо из далёкого моря
Возвращаться к родным берегам —
Даже к нашим неласковым зорям,
К нашим вечным полярным снегам,
— появились, благодаря его личному содействию и участию в творческом процессе!
Благодарю за поддержку! Берегите себя и своих близких.
Не забывайте подписываться на канал.Всегда Ваш. Борис Седых:)
Больше записок подводника читайте здесь
------------------------------------------
Желающих приобрести мои книги, прошу по традиции обращаться к очаровательному редактору Светлане +79214287880
Либо заказать "Книгу по требованию" в следующих магазинах:
bookvoed Riderо́ OZON ЛитРес wildberries Читай-город AliExpress AMAZON