Предыдущая, вторая часть Начало
Конечно, совсем радужной жизнь в «общаге» не была. Сначала каждая из студенток покупала продукты, какие понравятся, а вечером угощала соседок по комнате. Но скоро убедились – так не очень выгодно. Стали сбрасываться, и готовить по очереди. Люда пыталась избежать того и другого. Она не получала стипендию, и деньгами родители её не баловали. Жили они далеко, в деревне. Время от времени Люда навещала их и привозила гостинцы – яйца, творог со сметаной, мясо…
— Это – мой вклад в хозяйство, — говорила она, — И хватит. Это всё на рынке знаете, сколько стоит? Так что я вкладываться в общую кассу не буду.
Неувязка состояла только в том, что в родную деревню Люда ездила всё реже и реже, а за стол садилась каждый вечер. Целыми днями после занятий она где-то пропадала. И приходить рано в общагу, чтобы кашеварить в своё дежурство, вовсе не собиралась. Юлю и Тому это раздражало, они планировали поговорить с Людой — пусть тогда питается отдельно — но раз за разом откладывали «воспитательную беседу».
Люда была насмешливой, дерзкой на язык – это останавливало.
К учёбе все тоже относились по-разному. Алине науки давались легко, да и подготовка у неё была хорошая, с запасом. Первую же сессию она сдала на повышенную стипендию. Писала доклады, статьи для научного журнала, преподаватели её заметили и выделили. Хотя Алина никогда не афишировала, чья она внучка.
Юля и Тома тоже занимались подолгу. Задавали много, обеим девушкам нужна была стипендия. Кроме того, Тома ещё по вечерам подрабатывала в пиццерии. Можно было ожидать и от Люды, что она найдёт какой-то приработок, но нет. Питаясь, по существу, за счёт соседок по комнате, девушка каждую свободную копейку старалась потратить на наряды, косметику. Не имея возможности покупать дорогие вещи, она всё равно старалась «выглядеть на все сто». Невозможно было представить Люду без свежего маникюра или в неброской кофточке. А перед зеркалом она проводила по полтора-два часа — «рисовала глаза», тщательно накладывала румяна, подводила губы…
Между тем роман Люды и Ивана бурно развивался. И уже к концу лета молодой человек сделал подруге предложение. Он был удивлён тем, что Люда фактически отказалась от пышной свадьбы. Иван не сомневался, что она, как и большинство девушек, захочет и белое платье, и толпу гостей, и праздничный вечер в ресторане. Но Люда умоляла жениха расписаться в будний день и устроить скромное домашнее застолье.
— Мы сэкономим кучу денег, — твердила Люда, — лучше поехать в свадебное путешествие, чем организовывать пьянку для ста человек.
Родители Ивана, если и были удивлены, то чувства свои скрывали. Правду же знала одна Алина.
— Ты понимаешь, — сказала ей подруга, — Если приглашать гостей – неизбежно встанет вопрос о моих родителях. А их я приглашать не хочу. Ты не представляешь, что это будет… Папка напьётся, станет обниматься с «белым другом», или гостей задирать начнёт. Мамка захочет поплясать. Позор, позор… Проявят себя во всей красе — в такой интеллигентной семье!
— Наверное, это не слишком хорошо – стесняться собственных родителей, — с мягким укором возразила Алина, — Они тебя вырастили, выучили…
Люда лишь привычно отмахнулась.
Всё получилось так, как она и хотела. Расписались они с Иваном в пятницу, потом был вечер «в семейном кругу». Алина на него не пошла, отговорилась тем, что в институте много задают, и ей некогда. Да Люда и не настаивала сильно.
Её место в общежитии опустело. Переезжала она к новым родственникам с огромным удовольствием.
Но уже через пару недель, после занятий, Люда перехватила Алину возле широкой институтской лестницы.
— Выручай, — страстным шёпотом молила она.
— Что случилось? — испугалась подруга.
— У Ваньки в выходные будет день рождения. Праздновать собрались на даче. Свекровь говорит – приезжай пораньше, поможешь мне готовить. Ты, типа, так здорово печёшь – праздничный торт с тебя… Но если б она знала, что кондитер вовсе не я…
В конфетно-букетный период Люде хотелось блеснуть своими талантами перед свёкром со свекровью. Но кулинарные способности среди её добродетелей не значились. Алина же всегда любила возиться с тестом, печь… Это она переняла от мамы. Мама уверяла, что запах и вкус пирожков являются своеобразным символом домашнего уюта. Поэтому Люда уже не раз просила подругу что-нибудь приготовить и отвозила на дачу с гордым видом: «Это испекла я».
— Но как я тебе в общежитской кухне торт сотворю? — растерялась Алина.
— Конечно, там ничего не получится! Поедем на дачу вместе. Там же кухня! Огромная. Будем делать вид, что это я пеку торт, а ты мне помогаешь. Алиночка, родненькая, в последний раз, честно-честно!
Люда сложила на груди руки. И Алина пожалела её, не смогла устоять.
Когда приехали на дачу, Алине отчего-то показалось, что с ней родители Ивана поздоровались гораздо приветливее, чем с Людмилой. Отец с сыном занялись приготовление мяса на огне, а прекрасная половина собралась в уютной кухне. Увидев объём предстоящих работ, Люда изменила мигом тактику.
— Марья Яковлевна, у меня голова страшно болит, — сказала она, — Давайте, я сейчас начну для торта всё готовить, потом объясню Алине, что надо делать, выпью таблетку и лягу. А она вам тут поможет…
Свекрови не оставалось ничего иного, как согласиться. Алина решила приготовить простой, но очень вкусный торт, основу которого составляли фрукты и орехи. Люда скоро ушла, а Мария Яковлевна осталась «на подхвате».
— Не люблю, когда всё тонет в жирном креме, — поясняла Алина, — Потом некомфортно себя чувствуешь, очень тяжёлая пища. А тут груши, мандарины, грецкие орехи – сплошная польза.
— Деточка, а вот в пирожках с зеленью — какая тайна? — будто невзначай поинтересовалась Мария Яковлевна, — Я потом пробовала делать, у меня не получилось.
— Да самый простой рецепт, — уверила её Алина, — Я вам потом запишу. Там многое зависит от того, какой рис возьмёшь. А можно и совсем без него. Положить побольше зелёного лука, яйца…
Мария Яковлевна неопределённо покивала. Теперь ей было совершенно ясно, что вся выпечка, которую Люда привозила им – была делом рук Алины.