Со всех сторон я слышу, какое сейчас прекрасное время для того, чтобы всё перенести в онлайн: бизнес, обучение, общение, самых близких. Но чем больше слышу, тем сильнее сопротивляюсь. Я хочу живых встреч и разговоров глаза в глаза. Хочу слышать голос другого человека и ловить малейшие изменения его интонаций, паузу, вздох, невылетевшее слово. И для меня сейчас разговоры с пожилым грузином в парке важнее всех разговоров с близкими друзьями по скайпу.
Я учусь замешивать тесто для имеретинских хачапури у соседки Иветты, и это сейчас важнее всех курсов и марафонов онлайн. Я чувствую, как рядом со мной, со всех сторон вокруг, прямо во мне - жизнь, настоящая, живая, без инстаграмных фильтров, течёт, пульсирует, случается прямо сейчас. Сегодня наконец-то закончилась моя личная тягостная история с Институтом Ньюфелда. Не знаю, на время или навсегда, но я чувствую грусть, разочарование и лёгкость одновременно.
Каждый в этом мире идёт своей дорогой.И это очень ценно - знать, какая дорога твоя. Не идти с кем-то его дорогой, увлёкшись общим разговором или просто боясь свернуть. Не идти наугад, в надежде прийти хоть куда-нибудь. Не идти по инерции, помня, что именно в этом направлении ты стартовал пару лет назад. Не боясь остановиться.
Я остановилась в Тбилиси. Меня остановил мировой коллапс, режим ЧС и закрытые границы. Остановились утренние интенсивные тренировки к Московскому полумарафону 31 мая. Полумарафона не будет. Остались лёгкие и радостные пробежки с остановками погладить уличных котов и подышать расцветшей глицинией, обнимающей все дома в Сололаки.
Остановились уроки испанского языка. Я создала в почте папку "Важно" и бережно складываю туда все уроки, которые присылает мне Лиля, но даже не открываю. Вместо этого теперь утренние диалоги с пекарем горячих пури у дома:
- გამარჯობა! ერთი პური. (Гамарджоба! Эрти пури) (Здравствуйте! Один хлеб).
- გამარჯობა! ერთი? (Гамарджоба! Эрти?) (Здравствуйте! Один?)
- დიახ, გთხოვთ. (Диах, гховт!) (Да, пожалуйста).
- როგორ ხარ? (Рогор кхар?) (Как дела?)
- კარგად! გმადლობთ (Каргад! Гмадлобт!) (Хорошо, спасибо).
- ნახვამდის. (Накхвамдис) (До свиданья).
И я прижимаю к губам свежий, горячий хлеб, который наш пекарь только что достал мне железными щипцами прямо из печи. Через пять минут мои мальчишки разорвут его на половинки. Один сложит в хлеб сосиску, другой посыпет его солью, третьему я положу в хлеб кусочек масла, и он тут же растает. Через пятнадцать минут хлеба не будет, но будет тёплое ощущение сытости, радости и благодарности. Это и есть жизнь, это, а не фотографии самых изысканных блюд в инстаграме.
А вечером мы поедем с другом смотреть на закат. Я не сделаю ни одной фотографии, ни выложу ни одной истории, потому что оставлю телефон Никите, вместе с мультиками про Лунтика и Фиксиков. Я буду сидеть на траве и смотреть, как солнце медленно опускается за горы. Это был мой день, это я прожила его.
На следующий день я буду гулять с детьми. Мы будем кататься с горок и кормить собак. Я не выполню ничего из запланированного на день и не поставлю ни одну галочку в своём ежедневнике. Но вечером мы будем лежать с детьми на моей постели и смотреть какой-нибудь фильм. И я буду гладить Гошкины ноги, или Митькины волосы, или Никиткину спину, и чувствовать каждой клеточкой: сейчас случается самое правильное, сейчас происходит самое настоящее.