Выход поэтической книги избранного поэта Александра Переверзина «Вы находитесь здесь» (2020) мы отметим попыткой разобраться в его поэтике.
Александр Переверзин (1974 г.р.) — поэт, представляющий поколение, которое пока еще не вполне замечено. По сути, речь идет о первом в русской поэзии поколении, которое, с одной стороны, полностью принадлежит уже постсоветской эпохе, а с другой — крепкими узами связано с поэтической традицией. В каком-то смысле эпоха в творчестве этих поэтов перестает быть постсоветской, перестает быть последышем чего-то монументального и погибшего, — нет, тут уже можно говорить собственно о современности, о ее собственной сюжетике, о ее новых героях — или о героях, вызванных к жизни определенным пониманием современности.
Первая и единственная на ближайшие десять лет книга самого Переверзина «Документальное кино» вышла в его издательстве в 2009 году — она была замечена и отмечена премией «Московский счет» (2010). «Документальное кино» позволяет судить о родовых чертах поэтики Переверзина — и о направлении поиска, заложенном в этой поэтике. Ключевой текст книги: «Пламя»:
Очередное чёрно-белое
документальное кино:
в железной рамке опустелая
платформа Косино.
Зима просторная и жуткая —
кругом, куда ни посмотри,
смертельный холод с промежутками
последней, как всегда, любви.
Обживши тамбур многоразовый,
окно застывшее протри.
Живи и миру не показывай,
какое бесится внутри.
Поэтика Переверзина в существенной степени аскетична, она стыдится и лирического «я», которое норовит выпирать, превращаться в тему. Не интересуют поэта и сугубо формальные, ремесленные, экспериментальные задачи. Потому и событием оказывается некий внутренний прорыв, который резко расширяет наглядную повседневную перспективу «тамбура», «документального кино». У этой поэзии, как и у этого кино, — другие средства: схватить кусок живого неприкрашенного тесного существования, но так наладить рамку видоискателя, чтобы материал, попавший в объектив, при определенном ракурсе давал нам выход из этого тамбура. Переверзин будет нам показывать мир смертельного холода для того, чтобы сказать о пламени. Этого слова даже в тексте стихотворения нет, оно — инобытие: жаркое, стыдное, неуместное, безнадежное.
Хотя на самом деле одного шага хватает для того, чтобы эта гипереалистическая, сдержанная поэтика полностью перевернулась, — это те случаи, когда поэтическое сознание делает шаг в это инобытие, пытается развернуть его картину.
влетает ворон нелюбви
распахивает ад
железом бей огнем трави
не улетит назад
не улетит пока в груди
есть мясо для страстей
но вот насытился гляди
не трогает костей
Здесь все существительные — с какими-либо символическими значениями, ни одной документальной детали. «Документальное кино» — это лишь вывеска: главное не будет показано — потому что его невозможно показать, оно — иррационально, оно — пугает, там — человек слаб, но жив. А иногда эти языки смешиваются. Вот, во что у Переверзина превращается одинокий «перекошенный крест»:
Посмотри на него: вдали
якорь, брошенный из-под земли,
ржавой тенью примял траву
и качается наяву.
Если верить автору, что это кино — документальное, то оно не откроется зрителю. У этой поэтики иная – тайная – мера.
Лучшие подборки стихов Александра Переверзина можно посмотреть здесь.