Роман «Мать звезды» глава 22
Роман «Мать звезды» глава 22
Жена Петра Васильевича Митина — Зинаида места себе не находила, мысли донимали её одна за другой: «Поговорили мирно без скандала как взрослые люди. Петруша мой сам признался, покаялся. Жить бы дальше да радоваться, а тут на тебе, как гром средь ясного неба — обширный инфаркт, реанимация. Беда не приходит одна — верно, люди говорят: лежит теперь без сознания, а ему всего-то сорок один. Ну, разве это возраст для мужика?! Господи, да что же это такое?! Не просила, а теперь прошу, помоги! Пусть живёт, кому от этого плохо? Выживет, ни словом, ни взглядом его не упрекну за измену. Сама себя только ругаю, что послушала его и в санаторий поехала, а он на тебе, как с ума сошёл без меня — молодая да ранняя подвернулась. Ведь не хотела уезжать, уговорил: «Подлечись, Зинуля, путёвку дали — глупо не съездить» Вот и подлечилась. Нельзя мужика одного оставлять, нельзя. Уж если ехать куда, так вдвоём»
В реанимацию её не пускали, а ей хотелось быть с ним рядом. Врачи надежды на выздоровление не давали. Оставалось только молиться, благо церковь была рядом и она молилась.
«Из партии могут исключить, но разве жизнь мужа заменит партбилет? Нет. Будь, что будет…» — решила Зинаида, и продолжала бегать в церковь в обеденный перерыв, чтобы поставить мужу свечку за здравие.
Татьяна о болезни Петра Васильевича узнала от своей подруги Нюры Зубковой. Приехав в деревню на выходные дни, Нюра в первую очередь заскочила к Татьяне.
— Твой-то говорят в реанимации с инфарктом лежит! — отрапортовала Нюра подруге.
— Какой мой-то? — переспросила Татьяна, не понимая о чём идёт речь.
— Ну, ты, Танька, даёшь! Мужиков у тебя прям, пруд пруди. Один в армии, другой в больнице!
— А-а, старик, что ли, мой в больницу угодил?
— Он самый! Только он разве старик, ты чё, Танька, городишь?
— А кто? Пятый десяток разменял, конечно, старик. — стояла на своём Татьяна. Уступать кому-то, было не в её правилах, даже если не права. Любопытство всё же взяло верх, и она спросила. — А что с ним?
— Инфаркт. Лежит будто бы в реанимации без сознания. Умрет, похоже, тьфу-тьфу-тьфу. — Нюра сплюнула через левое плечо три раза, чтобы не накаркать.
— Так сам виноват — это ему мои слёзы отливаются! — возрадовалась Татьяна.
— Таньк, ты чего?! Он же умереть может, а ты такое говоришь…
— Ему-то что? Он в больнице отлёживается, а я его дочь рощу. Ночами не сплю. Умрёт, так умрёт — мне проблем меньше.
— Ну ты и дура… А его не станет, так тебе и помощи никакой не будет: ни квартиры, ни денег не увидишь. Вот тогда хлебнёшь горюшка-то по полной!
— Тьфу, типун тебе на язык, Нюрка. Он хотел Алёнку на себя в ЗАГСе записать да ладно я не дала. Уговаривал меня: «Если хочешь, я с женой разведусь?» Ладно, хоть не согласилась, как чувствовала, а то бы осталась ни жена, ни вдова. На мне бы сдох, а оно мне надо?
— Так это ты его до инфаркта довела? — спросила Нюра испуганно.
— А я-то тут причём? Я ему только-то и сказала, что он мне в отцы годится, зачем мне такой муж. Ну, надо же какой впечатлительный: прям, баба, а не мужик. Сразу инфаркт.
— А ты как думала? Он же мужик-то совестливый, хотел дочь признать, а ты…
— А что я-то? Может, я совсем и ни причём? Ему Зинка, наверное, мозг вынесла, когда про Алёнку узнала. Увидела меня как-то с пузом, так прям глазами давай насквозь сверлить. А я мимо прошла да голову повыше задрала, чтобы знала своё место. Захотела бы, так хрен бы ей Васильич достался. — гордо заявила Татьяна.
— Зинка-то не тебе чета, за мужа переживает. Бабы говорят, каждый день в церковь бегает.
— Ну, так, совесть видать её донимает, вот и грехи замаливает. По санаториям-то меньше надо шататься, так и в церковь ходить не придётся.
© 13.05.2020 Елена Халдина
Запрещается без разрешения автора цитирование, копирование как всего текста, так и какого-либо фрагмента данной статьи.
Все персонажи вымышлены, все совпадения случайны
Продолжение 23 А он и не ведает о цене моего прощения
Предыдущая 21 Подлец, какой же я подлец
Начало 1 Торжественно объявляю: сезон на Ваньку рыжего открыт!