Эмигранты, постоянно приезжающие в других странах, несут с собой культурные достижения, язык, традиции и обычаи. Возникают районы эмигрантов, которые напоминают родные края.
Например, «Маленькая Италия» в Нью-Йорке, Чайнатаун, Джаково - это польский округ. В некоторой степени эмигранты также принимают культуру новой страны, хотя трудно усвоить менталитет граждан новой родины. Менталитет, который характеризует отдельные нации.. Некоторые нации не ассимилируются или делают это неохотно (например, азиаты, арабы, африканцы).
В Римской империи все было иначе, что свидетельствует об уникальности Рима. Любой, кто оказался там независимо от обстоятельств, стал римлянином, даже не будучи гражданином. Принял стиль бытия, язык, обычаи. Давал римские имена детям, принял религию и все остальное. Это не значит, что забыл, кто он. Желание быть римлянином было настолько велико, что не раскрыл корней, и подчеркнул, что он гражданин Империи. В масштабах, которых сегодня среди эмигрантов не существует.
Можете ли найти остатки других культур людей, живущих в Империи среди руин римских городов? Найти такие остатки сложно, и их мало. Многие сегодняшние эмигранты пытаются сохранить национальную идентичность; в древнем Риме странники не слишком заботились о происхождении. Хотел быть римским, чем сами римляне. Римляне также были несколько открыты для инноваций из других стран, а по чисто практическим причинам. Взяли культуру Грецию и материальные достижения, а затем обогатили достижениями, и, как знаем, действительно впечатляющие. Риму нечего было стыдиться.Приняли убеждения не только греков, но и других народов. Например, поклонение Митре, солнечному богу Востока, пришедшему в Рим из Индии через Персию, или поклонение богине Исиде из Египта.
Такие случаи, учитывая римскую историю, были редкими. В римских городах греческие или еврейские районы (отражали специфику этих народов), но кто-нибудь слышал о галльских, фракийских, арабских. Даже если бы не говорили по-латыни, на улице никто не знал бы, что не римлянин, а только испанец.
Конечно, сегодняшний эмигрант, не принимая во внимание их черты лица или цвет кожи, может также влиться в общество новой родины, но чаще это затрагивает европейцев или тех, кто имеет европейские корни, кто хочет или нет, в них наследники культуры и обычаев древнего Рима.