Начало Продолжение Часть 3 Часть 4 Часть 5 Часть 6
Часть 8 Часть 9 Часть 10 Часть 11 Часть 12 Часть 13
Окончание
За успешную ликвидацию бандформирования Ясенкову присвоили звание капитана.
Вечером офицеры собрались, как водится, отметить повышение. Ясенков недолго посидел за столом, незаметно вышел. И сразу увидел её, ту девушку в хиджабе. Она тоже увидела Ясенкова, заспешила к нему навстречу. Настороженно улыбалась.
- Я пришла... спасибо Вам. – Торопливо доставала из сумки какие-то пакеты: – Вот... фрукты... виноград...лепёшки... возьмите, пожалуйста, – смотрела с умоляющей, очень застенчивой улыбкой.
Тихо сказала:
- Меня... Амирой зовут.
Ясенков растерялся. Амира ещё больше смутилась, покраснела. В больших чёрных глазах заблестели слёзы. Протягивала ароматную лепёшку Ясенкову:
- Попробуйте...
Ясенков взял лепёшку.
- Правда, очень вкусно... Спасибо.
Не заметили сами, как тихо спустились по тропинке вниз, к горной речке.
Амира рассказала, что недавно окончила школу, готовится поступать в институт, собирается стать врачом. Ясенков осторожно спросил:
- А этот Зухаир... он тебе кто?
Амира испуганно вскинула ресницы:
- Никто. Отцы наши... ещё когда я совсем маленькая была... сговорились о свадьбе. Мне недавно шестнадцать лет исполнилось, Зухаир стал требовать... свадьбу. Я отказалась.
Горестно вздохнула:
- Отец с братьями разозлились на меня... Сказали – в институт не отпустят. А Зухаир больше всех разозлился. Поэтому тогда... притащил меня сюда. Солдату вашему, – Амира запнулась, – который... солдату тому Зухаир деньги был должен. Предложил в уплату кинжал. Только солдат не захотел, сказал, что ему... девушка нужна.
В глазах Амиры – бездонная тоска:
- Не могу... не хочу за него замуж. Боюсь его.
На секунду прижалась к плечу Ясенкова. Он тихонько обнял девушку, сказал:
- Уезжай отсюда. Ты же взрослая. В институт поступай, учись. Смелее будь.
Амира помолчала, словно на что-то решаясь.
- А...братья...ушли в отряд боевиков... – прошептала, не глядя на Ясенкова. Потом всё же подняла глаза:
- Вы... жалеете, что спасли меня?
Ясенков улыбнулся:
- Да нет же...
Чуть не добавил:
- Я...себя спасал... От моей боли... невыносимой...
Потом они иногда встречались – чеченка Амира и капитан Денис Ясенков. Встречались чаще всего здесь, у речки. Подолгу разговаривали – обо всём. Не касались одного, старательно обходили лишь одно: войну. Ясенков рассказывал о своей Рязани, об училище. И уже ждал этих встреч. Поначалу никак не мог привыкнуть, что девушка в хиджабе. Порой так хотелось увидеть её волосы, шею... А потом просто перестал замечать её хиджаб. У Амиры были такие красивые глаза, что казалось, больше ничего и не надо видеть.
Ещё очень красивыми были тонкие пальцы. И вся она была такая тоненькая, что постоянно хотелось её от чего-то оберегать, защищать... Даже мир посветлел с тех пор, как они познакомились с Амирой. Эта девочка, вчерашняя школьница, напоминала Ясенкову школьные годы, детство. Она часто рассказывала о школе, об одноклассниках и учителях. Иногда приносила с собой учебники, и капитан объяснял ей, как решить задачу по химии или физике. Прямо учителем себя чувствовал: что ни говорите, а с педагогикой он знаком. Сейчас даже скучал по училищу, где начинал свою службу. Так что со скромной гордостью давал Амире уроки химии и физики, а иногда даже воспитывал девчонку.
... Женитьба сына, Игорька, не принесла Людмиле Станиславовне ожидаемого счастья. Невестка, Настя, с первого дня захотела установить свои правила. Людмила Станиславовна несколько озадачилась, увидев, что Настя пытается командовать не только Игорьком, но и ею, своей свекровью. Паша, как всегда, отмахнулся: дело сделано, сына женили, ну, чего ещё? Может он, Паша, наконец, заняться собственными делами... собственной жизнью?
Никакого особенно удачного распределения Игорёк не получил. Не сбылись радужные планы Людмилы Станиславовны, что Игорь будет служить... ну, где-нибудь... в штабе округа... Или – мечты уносили Людмилу Станиславовну в захватывающие дух дали – в Кремлёвском полку...Сват, военком Авдеев, бесцеремонно быстро спустил её на землю, объяснив, что для службы в штабе округа... – ухмыльнулся, – ну, или в Кремлёвском полку нужны определённые качества. Служить лейтенант Беглов будет в местном военкомате, и пусть – Авдеев повысил голос – пусть спасибо скажет, что будет вообще служить... Пришлось Людмиле вздохнуть: а что... военкомат, конечно, не штаб округа... но и не «горячая точка», знаете ли...
Поначалу Людмила часто наезжала к молодым. Не могла нарадоваться стильно обставленной квартире. Правда, скрывала от себя самой, что чувствует себя как-то неловко среди этого модерна: уюта, тепла в нём совершенно не было. Озадачивало и другое: невестка даже пресловутого чайку не предлагала... На откровенный, но, как оказалось, очень неуместный вопрос свекрови о том, что сегодня на ужин, Настя вежливо, очень снисходительно объяснила, что терпеть не может, когда в квартире пахнет... харчевней. Людмила Станиславовна растерялась:
- А как же Игорь?.. Ведь он после службы придёт... голодный.
Настя изящной пилочкой подправляла блестящие ногти:
- У них там столовая есть. А ужинать мы в ресторан ходим.
Впервые к сердцу Людмилы Станиславовны холодными щупальцами прикоснулась ещё неосознанная тревога. Как-то некстати вспомнилось: однажды бабы на ферме наперебой хвалили пироги – Антонина угощала в обеденный перерыв.
- Берите... Вот с капустой. А эти с грибами. С яблоками вот... пробуйте. Варюшка вечером напекла.
Оно и правда – что ж за семейный дом... без запаха пирогов... Но тут же старалась отогнать эти мысли. Настя права: ни к чему офицерской жене возиться с тестом.
А сын почему-то осунулся. Даже новенькая лейтенантская форма не скрывала этого. После службы домой не торопился. Частенько стал выпивать. Однажды заявился к родителям, попросил денег. Паша расшумелся: это что такое?.. Нет бы – родителям помочь! Людмила, мать, денег дала. И не очень удивилась. Невестка не работала – иногда, исключительно в своё удовольствие, давала репетиторские уроки. После окончания факультета иностранных языков – чем в своё время Людмила Станиславовна так гордилась: это вам... не фельдшерский техникум! – на вопрос о работе Настя протянула:
- Ну... найдётся что-нибудь подходящее – пойду.
Когда Людмила Станиславовна заикнулась о том, что в школе всегда нужны учителя английского, Настя ответила:
- Вы что – правда думаете, что я в училки пойду?
Свекровь снова растерялась. Слышала, что многие офицерские жёны учительницами работают... Или – фельдшерами, медсёстрами...
Прошло почти два года с тех пор, как сыграли пышную свадьбу. Людмила втайне надеялась, что молодые вот-вот обрадуют их с Пашей внуками. Полагала, что появление ребёнка и Настю изменит, должна же, наконец, невестка понять, что значит быть женой и матерью. А особенно надеялась, что внук образумит Пашу. Слухи о Пашиных похождениях с годами совсем не уменьшались, наоборот – катились огромным снежным комом. Станет дедом, рассуждала Людмила, стыдно будет шастать по молодым бабам. Решилась, спросила Игорька о внуках. Сын отмахнулся: у Насти спрашивай. Людмила и спросила... на свою голову. Пришлось выслушать от невестки информацию о том, что она не инкубатор, не нянька, не наседка, не кормилица... и вообще – никому не нанималась продолжать – надо же, можно подумать – знаменитый дворянский род...
Продолжение следует…