Очередная глава (вернее, фрагмент главы, потому что она длинная!) из повести "Марш Мендельсона", которая представляет собой вторую историю из серии приключений Лизы и ее друзей, собранных в книжке "Лиза во фритюре ".
Подруга Лизы - Нина Юрьевна, она же Крошка Ню, решила взять подбор кандидатов в женихи в собственные руки...
...
Ко второму кандидату в женихи Лизе пришлось ехать в Перхушково, где у него был собственный дом по соседству с дачей Петровича. Лизу водили в лес, где она успела набрать полную корзину поганок, пока сестра кандидата не показала ей, где нужно собирать правильные грибы. Лиза всю жизнь была уверена, что грибы растут на земле в траве, а не на деревьях, как эти сумасшедшие опята! Лизу водили на огород, где брат кандидата показал ей три поля картошки и плантацию клубники, к тому времени уже – к сожалению! – сошедшей. Лизу кормили обедом, который она с трудом осилила, хотя очень даже любила поесть! Во время обеда мама кандидата вела с Лизой оживленный, но совершенно невнятный разговор, в котором Лиза разбирала только обращаемое к ней выражение: «Понял, нет?»
Второй кандидат Лизе тоже не понравился: у него было слишком много родственников (а у Лизы и собственных предостаточно). Кроме уже перечисленных мамы, брата и сестры в наличии имелись: папа, бабушка, дедушка, племянница, младенец племянницы, еще одна сестра, муж еще одной сестры, ребенок какой-то из сестер, подруга брата, сестра подруги брата и подруга сестры подруги брата! Самым симпатичным в этой компании был дедушка. Вот за него Лиза с удовольствием вышла бы замуж!
Третий кандидат отпал сам собой после того, как Лиза напоила его чаем из стирального порошка.
– Нет, это ты нарочно! – говорила Крошка Ню.
– Честное слово, Нюсик, я нечаянно, – оправдывалась Елизавета.
– Как можно перепутать чай со стиральным порошком, я не понимаю!!! Разве бывает белый чай? Нет, ты скажи!
А дело было так. Третий кандидат, называвшийся сложным именем Викентий Ксенофонтович, работал в том же музее в должности реставратора живописи. Он положил глаз на Лизу довольно давно, но стеснялся. Крошка Ню, проведав о его страданиях, разработала тонкий план и привела Викентия к Лизе в отдел под предлогом осмотра некой картины – в рассуждении грядущей выставки. Причем привела в тот сладкий час, когда Лизавета, будучи опять совершенно одна в отделе, наслаждалась чашечкой кофе. Приведя Викентия к Лизе, Ню быстренько улизнула под благовидным предлогом, и Лизавете не оставалось ничего другого, как предложить гостю кофейку. Впрочем, кофе как раз кончилось.
– Ну, тогда чаю?
– Не откажусь!
Чай тоже как-то не находился. Порывшись по сусекам, Лиза нашла, наконец, пакетик, на котором было ясно написано: «Чай цветочный. Тропический аромат». Правда, вид у него был какой-то странный – белые крупинки с голубыми точками. Гранулированный, наверное, – подумала Лизавета. Вид этого чая напоминал ей что-то очень знакомое. Она попыталась прочесть, надписи на пакетике мелкими буковками: перечислялись разные травы и фрукты, входящие в состав. «Крукурама», – прочитала она с недоумением, – что это такое? Наверное, это от нее такой экзотический цвет…
– Вы не знаете, что это такое – крукурама?
Викентий не знал. Он с некоторой опаской насыпал в чашку белого «чаю» с голубыми крапинками и щедро приправил сахаром. Отхлебнув глоток, он честно пытался уловить вкус неведомой крукурамы, ощущая только некую неприятную едкость. В это время Лизавета, которая задумчиво помешивала в чашке пластмассовой ложечкой, вдруг подпрыгнула на стуле и закричала:
– Стойте, не пейте!
Викентий тоже подпрыгнул и облился горячим чаем.
– Это же… это же не чай! – хохотала Лизавета. – Это… это… стиральный порошок!
– Ты представляешь, – рассказывала Лиза Нюсику. – Я сама его туда насыпала, в этот чайный пакетик! И забыла напрочь!
– Ну и зачем тебе понадобился на работе стиральный порошок, объясни мне? Ты что, коврик для мыши стирать собиралась?! И почему в пакетике от чая-то?
– Нюсик, я теперь и не помню! Наверное, некуда больше было насыпать. Надо же, какой у этого чая аромат сильный был, даже порошок перешиб – пахло какой-то не то ванилью, не то… крукурамой… И что это за крукурама такая?
Викентий Ксенофонтович выжил. Даже не обжегся – ни внутри, ни снаружи. Правда, долгое время предпочитал пить исключительно кофе. Больше всего его потрясло не то, что эта полоумная девица – и как это она могла казаться ему раньше привлекательной! – заварила порошок вместо чая, а то, что она хохотала! А если бы он отравился?! А если бы… Да-а.
Продолжение следует!
Предыдущие серии:
1. Ай лав ю, Петрович!
2. Китаец
3. Про Люлюнчиков и прочих. Часть 1, Часть 2, Часть 3, Часть 4
4. Выбор мужа по-научному. Часть 1, Часть 2
Подписывайтесь на мой канал и читайте мои истории, а также заметки о книгах, фильмах, живописи, реставрации и просто о жизни!