Одна из моих публикаций "Самая любимая книга всех девочек СССР", речь в которой шла о повести Валентины Осеевой "Динка", вызвала широкий отклик. Многие читатели соглашаются со мной и называют эту книгу одной из самых любимых, другие рассказывают о своих читательских предпочтениях. Очень часто в комментариях упоминалась книга Вениамина Каверина "Два капитана". Действительно, в нашем советском детстве эта книга вызывала чувства восторга благородством духа, стремлением к мечте главного героя Сани Григорьева, который всё же раскрыл тайну экспедиции капитана Татаринова. И вместе с тем, оригинальный и многогранный сюжет книги, живой язык повествования, наличие как интересных и благородных положительных героев, так и их антиподов, присутствие интриги - всё это способствовало очень увлекательному чтению, полному погружению в историю и детскую веру в то, что и Татаринов, и Григорьев реальные люди, жившие в описанное автором время.
В своё время автору "Двух капитанов" приходило огромное количество писем от читателей с вопросами, касающимися главных героев романа.
Вот что об этом писал сам Вениамин Каверин:
Вопросы, которые задают мои корреспонденты, касаются прежде всего двух главных героев моего романа – Сани Григорьева и капитана Татаринова. Многие ребята спрашивают: не рассказал ли я в «Двух капитанах» собственную жизнь? Другие интересуются: выдумал ли я историю капитана Татаринова? Третьи разыскивают эту фамилию в географических книгах, в энциклопедических словарях – и недоумевают, убеждаясь в том, что деятельность капитана Татаринова не оставила заметных следов в истории завоевания Арктики. Четвёртые хотят узнать, где в данное время живут Саня и Катя Татаринова и какое воинское звание присвоено Сане после войны.
По воспоминаниям автора замысел романа у него возник в 1937 году. Именно тогда он встретился с человеком, который и стал прототипом Сани Григорьева. Этот человек рассказал автору о своей непростой жизни, полной труда, вдохновения и огромной любви к своему делу. А начиналось всё со странной необъяснимой немоты и беспризорного детства.
В сущности, история, которую я услышал, была очень проста. Это была история мальчика, у которого было трудное детство и которого воспитало советское общество – люди, ставшие для него родными и поддержавшие мечту, с ранних лет загоревшуюся в его пылком и справедливом сердце.
Почти все обстоятельства жизни этого мальчика, потом юноши и взрослого человека сохранены в «Двух капитанах»
Этим человеком был молодой ученый-генетик Михаил Лобашев. О Михаиле писатель вспоминал так:
" горячность соединялась с прямодушием, а упорство – с удивительной определенностью цели. Он умел добиваться успеха в любом деле"
Черты характера и детали биографии Лобашева послужили основой для создания образа Сани Григорьева.
А когда в сюжет книги вошла профессия Сани, то автор подробно изучая лётное дело, познакомился с лётчиком - старшим лейтенантом Самуилом Яковлевичем Клебановым, погибшим смертью героя в 1943 году. Каверин отзывался о нём, как о бесстрашном, самоотверженном и чистом человеке. Таким образом, Клебанова можно назвать вторым прототипом главного героя.
Что касается капитана Татаринова, то об этом Каверин также рассказал в своём "Письме к читателю"
Для моего «старшего капитана» я воспользовался историей двух отважных завоевателей Крайнего Севера. У одного я взял мужественный и ясный характер, чистоту мысли, ясность цели – всё, что отличает человека большой души. Это был Седов. У другого – фактическую историю его путешествия. Это был Брусилов. Дрейф моей «Св. Марии» совершенно точно повторяет дрейф брусиловской «Св. Анны». Дневник штурмана Климова, приведённый в моём романе, полностью основан на дневнике штурмана «Св. Анны», Альбанова – одного из двух, оставшихся в живых участников этой трагической экспедиции.