Дохристианская культура Руси была так богата сверхъестественными образами, что они просто не могли остаться вне прицела отечественных художников.
Славянские боги, низшие духи, демоны и сказочные существа русской земли до сих пор будоражат воображение детям и взрослым. Все потому, что язычество так и не было полностью искоренено принятием христианства, а лишь трансформировалось вместе с новой религией в совершенно уникальную систему верований, которой нет ни у кого в мире, и которая позволила сохранить сакральные знания прошлого даже через тысячу лет после синтеза.
В 19 веке возрос интерес с глубоким корням исконно-русского фольклора. Персонажи демонологии возрождаются в качестве сказочных героев, а такие художники, как Билибин и Васнецов с удовольствием создают иллюстрации к красочным рассказам классиков.
Самая известная Баба Яга в иллюстрации Билибина была создана в эпоху символизма. Каноническая ведьма в ступе и с крючковатым носом. Изображение пестрит яркими деталями, сказочно-мистический лес здесь является отличным фоном. Яркие мухоморы, как символ ядовитой, опасной натуры персонажа, рассыпаны на переднем плане. Валежник и заросли напоминают северо-восточные таежные зоны.
С лесом у славян вообще много связано, так как это была естественная среда большинства племен. Отсюда огромное количество поговорок, сказок, примет и приличный лесной пантеон. Кроме бабы Яги, это еще и леший – дух лесных чащ, не добрый и не злой, а как говорится, по заслугам и намерениям судящий.
Если в лесу имелся водоем, пруд, озеро или тихая речка, наши предки были уверены, что она тоже кишит сверхъестественными обитателями.
Отдельный интерес представляют русалки в живописи. С одной такой картиной даже связана занимательная мистическая история.
«Русалки» Крамского - это невесомое, дурманящее своей приглушенной палитрой, полотно. На нем изображена довольно большая группа девушек, собравшихся на берегу реки. Картина залита лунным сиянием.
Будучи на выставке, «Русалки» сразу перетянули на себя все внимание, в прямом смысле. В первую ночь выставки, висевшая рядом картина Саврасова «Грачи» рухнула со стены. Третьякову приглянулись обе картины, и он купил их, однако домашние не оценили его вкус, да еще и стали жаловаться на подозрительный заунывный шум по ночам из комнаты, где висели «Русалки» . Сказки, конечно. Однако, когда картину перевесили в темный угол, подальше от света (лунного, в первую очередь), беспокойства прекратились.
У Маковского работа с похожим сюжетом была преподнесена более конкретно. Художник явно изобразил разгар шабаша, где обнаженные девы поднимаются из воды в своем экстатическом хороводе прямо в небеса. У Крамского мы еще можем принять название «Русалок» за метафору, это в конце концов, может быть просто кучка суеверных деревенских девушек, собравшихся на гадание. А художник Маковский изобразил явно фантастический сюжет.
Обожаемый фольклорный образ Кощея Бессмертного очень часто появляется в искусстве.
Сам по себе Кощей – злой колдун, царь подземного мира, обладающий даром бессмертия. Точнее, он все же смертен, но путь к заветной иголочке так же тернист, как регистрация на госуслугах, то есть, почти недостижим.
Художник-иллюстратор Билибин представил вот такое видение Кощея (да, у него это лишь голый старик на коне). Без штанов, но с мечом.
А вот в картине В. Васнецова, колдун более близок к образу царя преисподней, у него княжеский кафтан и корона и сундуки, забитые деньгами бюджетников присвоенными сокровищами, то есть – все атрибуты власть имущих.
Часто художники добавляли комичности злым образам, ведь на Руси, как известно, смех – лучшее оружие против любого страха.