Можете ли вы сказать, кто преступник, просто посмотрев на его лицо? Нет, вы не можете, но это не помешало идее набрать обороты в конце 19-го века. Ранние криминологи в США и Европе всерьез обсуждали, есть ли у преступников определенные черты лица, отличающие их от не преступников. И хотя нет никаких научных данных, подтверждающих эту ложную предпосылку «прирожденного преступника», это сыграло свою роль в формировании области, которую мы теперь знаем как криминология.
Эта идея впервые возникла у Чезаре Ломброзо, так называемого «отца криминологии», в начале 1870-х годов. Осматривая труп Джузеппе Вильеллы, человека, который попал в тюрьму за воровство и поджог, итальянский профессор сделал то, что он считал великим открытием: у Виллеллы на задней стороне черепа было углубление, которое, как думал Ломброзо, напоминало найденное на черепе обезьяны .
«При виде этого черепа я, казалось, внезапно увидел… проблему природы преступника - атавистического существа, которое воспроизводит в своем лице свирепые инстинкты первобытного человечества и низших животных», - писал он в своей книге «Преступный человек».
«Таким образом, анатомически были объяснены огромные челюсти, высокие скулы» и другие особенности, «найденные у преступников, дикарей и обезьян», продолжил он. Он утверждал, что эти черты соответствовали «любви к оргиям и непреодолимой жажде зла ради самого себя, стремлению не только погасить жизнь жертвы, но и изуродовать труп, разорвать его плоть и выпить его кровь». »
Идеи Ломброзо привели к значительному изменению взгляда западных ученых и властей на преступность. Раньше многие мыслители Просвещения считали, что люди делают выбор в отношении нарушения закона своей свободной воли. Но Ломброзо предположил, что у значительной части преступников есть врожденная преступность, которой им трудно противостоять. Последователи этой новой школы мысли сделали упор на устранение «прирожденных преступников» из общества, а не пытались их реформировать.
То, что делал Ломброзо, сочетало френологию и физиогномику, два типа лженауки, которые якобы объясняли личность и поведение человека, основываясь на его черепе и чертах лица, соответственно. Белые люди до него использовали эту лженауку для развития расистских теорий, и теперь Ломброзо использовал их для развития области «криминальной антропологии».
«В целом, воры отличаются выразительными лицами и ловкостью рук, маленькими блуждающими глазами, часто наклонными по форме, густыми и закрытыми бровями, искаженными или раздавленными носами, тонкими бородами и волосами и покатыми лбами», - писал он в «Криминальном человеке». , «Как и насильники, у них часто бывают кувшины. Насильники, однако, почти всегда имеют сверкающие глаза, тонкие черты лица и опухшие губы и веки. Большинство из них слабые; некоторые горбаты ».
Как эксперт, Ломброзо иногда давал советы по уголовным делам. В случае, когда мужчина подвергся сексуальному насилию и заразил трехлетнюю девочку, Ломброзо похвастался, что он выделил преступника из числа шести подозреваемых на основании его внешности. «Я сразу выбрал одного из них, у которого были непристойные татуировки на руке, зловещая физиономия, неровности поля зрения, а также следы недавнего приступа сифилиса», - писал он в своей книге «Преступность, ее причины и Средства защиты. «Позже этот человек признался в своем преступлении».
Не все согласны с этими идеями. После того, как русский писатель Лев Толстой встретился с Ломброзо, он высмеял свои теории в романе «Воскресение» 1899 года. И в то время как Альфонс Бертильон - французский полицейский, который впервые применил «выстрел из кружки» и систему измерения преступников, - считал, что физические особенности могут поставить в невыгодное положение человека, тем самым повышая вероятность его обращения к преступности, он не согласился с тем, что эти признаки напрямую связаны с преступностью.