Тут как-то увидел, как в канун дня рождения Федора Черенкова Евгений Серафимович Ловчев рассказывал, как познакомился с Федором в Ефремове на стадионе, где Федор проводил детский турнир имени Черенкова. Почему именно в Ефремове? Потому, что у Федора там жила родная тетка, и он к ней часто ездил. Уже потом, закончив карьеру, он взял под свой патронаж в этом городе детский футбол. На том стадионе он часто, говорят, появлялся. У меня тоже двоюродный дядя так же в Ефремове живет. Заядлый футбольный болельщик, к слову. Одно время там у рощи, где у них стадион, ни одну игру не пропускал. Показывал мне свои фотки с Черенковым. Вроде как-то звал на встречу с ним, но я не спартач, мне как-то это было не интересно. Хотя Черенков, Родионов, Тихонов, Ильюша Цымбаларь мне всегда нравились и как футболисты, и как люди.
На ефремовском стадионе я был всего один раз. Было это то ли в конце весны, то ли в начале лета 1988 года. Я в то время первую производственную практику в Ефремове в местном райпотребсоюзе проходил (на втором курсе тогда учился). Помню, по всему городу афиши у них тогда были ралеяны, что такого-то числа в воскресенье на стадионе в 14 часов местный «Химик» встречается с ветеранской сборной СССР. И состав сборной был перечислен. Меня тогда привлекли фамилии Газзаева, Якубика (они только-только играть закончили) и, естественно, Эдуарда Стрельцова. Мой приятель Серега Кондаков (кстати, на фото на воротах он) что-то на игру не захотел идти. Сказал, что у них по городскому кабельному телевиденью этот матч покажут, он и так его посмотрит.
А я в свой законный выходной на дизеле, который отходил от нас, как сейчас помню в 10:10, с Турдея всё-таки поехал.
С Газзаевым и Якубиком я тогда обломался. Ни тот, ни другой не приехали. Из-за чего я сильно расстроился. А вот Эдуард Анатольевич по своей бровке целый тайм отбегал. Каждый его прием мяча встречался бурными аплодисментами. Игру тогда, помню, сделал Георгий Ярцев, забивший 3 мяча в ворота местной команды. Там на стадионе в основном спартачи собрались. Естественно, они дружно скандировали «Жора, Жора, Жора». Кстати, через какое-то короткое время эта ветеранская сборная СССР сыграла вничью со сборной Италии 3:3. У наших тоже тогда 3 мяча также Ярцев забил, а итальянцев хек-трик сделал Паоло Росси (лучший бомбардир чемпионата мира 1982 года). А «Химик» сборная ветеранов в тот день обыграла 4:3. Ловчев, скорее всего, тоже тогда играл, но я его не запомнил. Я в то время, наверное, и о существовании его не знал.
С игры, помню, ушел в тот день чуть пораньше. Боялся на дизель опоздать, ведь от стадиона до вокзала нужно еще было добраться, а автобусы в ту пору по городу ходили плохо. Выходя со стадиона, я прошел мимо балкона, где сидел Эдуард Стрельцов. Было огромное желание подойти к нему и взять автограф. Но тогдашняя скромность мне этого сделать не позволила. Сейчас об этом очень жалею. Ведь спустя 2 года его не стало.
Сейчас вспомнив тот случай, про который мне напомнил монолог Ловчева, я вдруг понял от чего у меня такая страсть к футболу. Практически рядом с этим ефремовским стадионом находится роддом, именно в нем волею судьбы я появился на свет. Возможно, в тот миг рождения, посмотрев на этот стадион, Всевышний и запрограммировал меня на футбол.