Мохамед Эль-Мунир известен в мире футбола благодаря двум вещам. Недавно в рамках матча между Лос-Анджелес Гэлакси и ФК Лос-Анжделес (3:2) в одном из эпизодов Златан Ибрагимович сломал Эль-Муниру скулу.
Позднее лига вынесла решение не дисквалифицировать шведского нападающего. Но для ливийского защитника это не самая главная трагедия в жизни, даже несмотря на предстоящую операцию. Ведь то, через что ему пришлось пройти на пути к профессиональному футболу, невероятно впечатляет.
Когда Эль-Муниру было 19, в Ливии началась война
По словам Эль-Мунира, гражданская война стала неожиданностью для многих жителей Ливии. Вместе с командой 19-летний защитник едва завершил первую часть сезона и готовился ко второй.
Чемпионат приостановили на неделю, затем на 10 дней. Надежда была на лучшее, но конфликт лишь набирал обороты.
С 7 до 12 часов не было электричества. В июне и июле было сложно достать себе еды.
Ситуацию ухудшало количество оружия, оказавшегося у людей на руках. На улице можно было спокойно встретить 12-летнего мальчишку с пистолетом в руке. Или даже с бомбой. Каждому приходилось защищать себя лично.
Семья поддержала Эль-Мунира и тот покинул Ливию в 2011 году, оставив родителей и двоих братьев. На пути к ФК Лос-Анджелес ливиец прошел транзитом из Триполи в Сербию, Беларусь и Флориду.
Всю дорогу Мохамеда преследовали одиночество, нищета и беспокойство о своей семье. Даже когда футболист завел семью и у него появились дети – чувство беспокойства никуда не делось.
«Очень сложно вспоминать все и говорить, как было. У меня были плохие и хорошие дни. Между Ливией и Калифорнией 9 часов разницы. Единственная возможность связаться с семьей выпадает рано утром, до первой тренировки».
Еще одной проблемой для Эль-Мунира стала пересылка денег родным в Ливию. Иногда людям приходилось неделями выстаивать в очередях перед банком, чтобы получить свои деньги.
Чтобы записаться в очередь, люди встают в 2 часа ночи. Затем возвращаются в 8 и ждут открытия банка к 9 часам. И очередь занимает не 50 людей, как вы могли подумать, а доходит до 500 и даже тысячи человек.
В больницах нуждающимся в инсулине не выдают лекарство. По той простой причине, что его нет. Больницы разграбили, чтобы затем продавать инсулин с рук.
Переезд Эль-Мунира в Сербию
Уехать из охваченной революцией страной помог сербский специалист Бранко Смилянич, работавший со сборной Ливии U-20.
Путь из страны был непростым – дорогу в порт перекрыли ополченцы. Пришлось семь часов пробираться по горным дорогам в Тунис. В Сербии тоже все пошло не так, как планировалось.
Смилянич привез Эль-Мунира на просмотр в Партизан. Поначалу тех все устроило, но затем сербы отказались заключать контракт. Защитник присоединился к ФК Ягодина. Но полгода без футбола сказались на его физической форме.
Эль-Мунир даже подумывал уехать домой, потому что оставался без денег и пропитания. И не знал, что происходит с его семьей, живы ли они.
Но задумавшись, 21-летний ливиец понял, что на данном этапе дома его не ждет ничего хорошего. А о карьере футболиста точно можно будет забыть. Со временем дела наладились и Эль-Мунир заиграл в Ягодине на позиции левого защитника.
Возвращение домой в Аль-Иттихад
Прогресс не остался незамеченным на родине. Война поутихла, возобновился чемпионат. И через какое-то время ситуация снова ухудшилась.
Семья Эль-Мунира жила в 10 минутах езды от аэропорта. За него разгорелись ожесточенные бои и многим семьям пришлось покинуть свои дома.
Игроку говорили, что в родной район лучше не возвращаться. Многие дома были разграблены. Когда футболист вместе с семьей все-таки вернулся увидеть родной дом, то обнаружил разграбленное жилище.
С того момента Эль-Мунир принял окончательное решение покинуть Ливию. И продолжил стремительный прогресс. Вернулся в Ягодину, оттуда транзитом через минское Динамо в белградский Партизан. Следующая остановка – Орландо Сити, где его и приметил нынешний клуб – Лос-Анджелес.
Сейчас Эль-Мунир не может перевезти семью в США из-за политических трудностей. Все, что в силах футболиста – благодарить Бога за то, что его семья цела. И надеяться, что конфликт рано или поздно прекратиться.
По материалам TheGuardian.
Читайте также:
От постели на бетонном полу к вершине мира. Путь Дани Алвеса
Йович: рак у сестры, слезы в Бенфике и призвание быть форвардом
Потеря отца в 9 лет и наследство Гарринчи. Сложная жизнь Уэсли