Сколько тех, кто никак не связан с литературой, кроме пары романов в отпусках, знают (я уже молчу про «читали») о книгах даже популярных авторов, не вошедших в список «мейнстрима»? Сколько недавних выпускников, год назад еще мусоливших «Обломова», в курсе, что у Гончарова есть произведения совершенно иного толка, тот же «Фрегат Паллада», например, а сам автор с удовольствием сгонял в кругосветку на три года, объехав три континента?
Каюсь, сама грешу подобным. В книжном в первую очередь смотрю на названия или авторов, о которых слышала. В подборках сначала обращаю внимание на знакомые фамилии. И в большинстве случаев в голове уже сформирован четкий образ, стойкая ассоциация «человек — книга». Если Донна Тартт, то разрекламированный ныне «Щегол», если Дафна дю Морье, то «Ребекка». А если Уильям Голдинг? И вспомнить нечего, кроме «Повелителя мух»?
А ведь у Голдинга, как и у того же Гончарова, есть прекрасная (в своей отвратительной правдивости) трилогия о кораблях и дальних берегах — «Морская трилогия: на край света». В трех томах — «Ритуалы плавания», «В непосредственной близости» и «Негасимое пламя» — история морского путешествия некоего благовоспитанного молодого человека из Англии в Австралию. Приключения. Злоключения. И человеческая сущность.
Уж лучше бы жизнь преподносила нам сюрпризы поочередно, подобно тому, как повар подает блюда одно за другим. Нам нужно время – пусть не переварить, так хотя бы отведать одно, прежде чем приступить к другому. Необходима пауза, не столько для обдумывания произошедшего, сколько для передышки. Однако жизнь не желает поступать разумно, но сваливает все вместе: иногда два блюда, иногда три, а иногда – весь обед на одной тарелке.
XVIII век, паруса, закаты и рассветы в море, романтика..? Все же не стоит забывать, что это Голдинг. И перед нами, как написано было в одной из рецензий, «почти что «Повелитель мух» тридцать лет спустя, когда герои уже выросли, надели лучшие наряды, научились пить ром, не закусывая, но в целом ничуть не изменились».
— Прошу не путать искусство с правдой жизни, сэр.
Вот у Голдинга — точно «правда жизни», неприкрытая, иногда даже черезчур подробная. Затерянный посреди океана корабль с десятками людей, «Англия в миниатюре» глазами интеллектуала, получившего неплохое образвание, знакомого со светским обществом, но все еще не позврослевшего и не разделяющего поначалу фантазии от реальностей.
Психологический роман от первого лица — в виде своеобразных путевых заметок — из тех, где «все так хорошо начиналось».
- Вы начали своё путешествие, вооружённый всей полнотой неведения, и заканчиваете его, обретя знание, боль и надежду, которую даёт терпимость...
Природа человека, его темные стороны, иллюзорность доброты и сочувствия, которые, кажется, совсем не свойственны представителям вида Homo sapiens – и все это в прекрасной отделке из череды событий, морских терминов и портретов той эпохи. Некоторые критики (справедливо ли или нет) даже считали Голдинга «проповедником от литературы» и осуждали за излишнюю аллегоричность, сравнивая корабль с Британской империей и ее медленным, но неуклонным угасанием.
Люди, как и канаты, имеют предел прочности.
Сложно поверить, что «Морская трилогия» появилась в 1991 году (хотя первый из романов, «Ритуалы плавания», был написан и опубликован аж в 1980), что путешествие Эдмунда Талбота — от начала и до конца вымысел, настолько правдоподобно оно описано. И хотя не стоит опасаться морской болезни, открывая первую станицу, есть шанс подхватить другой недуг — мизантропию.
***
В поисках подходящей книги? Подписывайтесь на Книжную_полку, здесь всегда есть, что почитать.