Золото может лишить рассудка даже самых трезвомыслящих людей. Иначе сложно объяснить, как авторитетные парижские искусствоведы, знатоки античного искусства умудрились не распознать подделку, которую им сбыли ловкие аферисты из Одессы.
Произошло это в 1896 году. За баснословную сумму – 200 000 франков Лувр приобрел великолепную золотую тиару, которая, якобы принадлежала скифскому царю Сайторфену, жившему во II веке до нашей эры.
Тиара производила колоссальное впечатление и, несомненно, являлась шедевром ювелирного искусства. Это был, по сути, золотой шлем высотой 17,5 см, диаметром в 18 см и весом в 486 граммов, украшенный чеканным орнаментом, разделенным на несколько фризов (горизонтальных «поясов»). На фризах изображены сцены из гомеровских «Илиады» и «Одиссеи», охота скифского царя на крылатого зверя, фигуры быков, лошадей и овец. Разделяя фризы, вилась надпись: «Царя великого и непобедимого Сайтоферна. Совет и народ ольвиополитов».
Примечательно, что «древняя» тиара имела незначительное повреждение, – вмятину, напоминающую след удара меча. Этот элемент также произвел впечатление на парижских искусствоведов, и в голову им почему-то не пришла простая мысль – что шлем этот – парадный и для суровых битв, не предназначен. Зато всех порадовала отличная сохранность предмета…. Но было бы странно, если бы тиара не сияла как новенькая – ведь ее изготовили всего год назад.
Задумали и осуществили аферу с тиарой одесские купцы третьей гильдии, братья Шепсель и Лейба Гохманы. Уже несколько лет они успешно торговали антиквариатом, открыв лавку в городе Очаков, который находится рядом с крупнейшей древнегреческой колонией в Северном Причерноморье – Ольвией. В конце XIX века там велись обширные раскопки, причем их проводили не археологи а, в основном, местные крестьяне. Гохманы скупали у них древности и перепродавали их любителям античности втридорога. Кроме того они наладили производство поддельного антиквариата. Провернув несколько прибыльных сделок с фальшивым «античным» золотом, братья решились на крупное мошенничество. Так появился на свет шедевр ювелирного искусства – тиара Сайтоферна.
Не сумев продать тиару в Вене (сделка не состоялась лишь из-за баснословной цены, запрошенной за товар), братья привлекли к делу компаньонов – антиквара Антона Фогеля и венского маклера Шиманского. Они то и увезли тиару в Париж, где предложили ее дирекции Лувра. Эксперты – директор музейного департамента изящных искусств Кампфен и руководитель отдела античного искусства Эрон де Вильфос пришли к однозначному выводу – тиара подлинная. Решено было ее приобрести, но откуда взять 200 000 франков? Все газеты писали об этой сенсационной сделке, и в результате покупка тиары стала во Франции делом едва ли не всенародным. Необходимую сумму мог дать только Сенат, но он был на каникулах. В итоге сумму собрали меценаты, с условием, что деньги будут им возвращены после окончания каникул. Так и произошло, а тиара вскоре была представлена Лувром на обозрение публики.
И почти сразу же со своим мнением вмешались скептики — профессор Петербургского университета А.Н. Веселовский и мюнхенский историк Адольф Фуртвенглер. Признавая, что тиара – настоящее произведение ювелирного искусства, ученые пришли к выводу, что изображенные на ней сюжеты не соответствуют древнегреческим каноном, у фигур отсутствует античная пластика, а боги ветров изображены в виде детей, что вовсе не характерно для античной традиции. По сути, тиара являла собой иллюстрацию представлений об античности обывателя конца 19 века.
Последовал еще ряд скандалов, пока не открылась правда об истинном происхождении тиары. Ее автором оказался скромный гравер-самоучка из Одессы – Израиль Рахумовский. Именно он сделал тиару по заказу некоего жителя города Керчь, получив за работу 1800 рублей.
Общественность не сразу поверила Рахумовскому, но он, приехав в Париж, сумел по памяти воссоздать значительный фрагмент фриза тиары и точно назвал рецепт металлического сплава.
Следует сказать, что дирекция Лувра поступила мудро и с честью вышла из неловкой ситуации – они просто переместили тиару из зала древностей, в зал современного искусства. А Израиль Рахумовский спустя несколько лет был награжден медалью французской секции декоративных искусств. Получив известность и признание он стал состоятельным человеком, выполняя заказы музеев и коллекционеров, среди которых, в частности был барон Эдмон Ротшильд.
Умер ювелир в 1936 году, в Париже. Его многочисленные потомки живут во Франции, Израиле, США и Германии и среди них – известные ювелиры, художники и литераторы.