Творчество итальянского художника Феличе Казорати развивалось между мировыми войнами, во время пришедшего ко власти Муссолини.
Время наливалось тревогой, но художественная жизнь того времени пульсировала как никогда. Карло Карра, Джорджо де Кирико, Феличе Казорати, молодой Ренато Гуттузо, Джорджо Моранди ... Это время итальянской живописи определилось в истории искусства отдельным "кластером", со своим четко выраженным лицом.
Неизвестный сюжет, предполагаемый как "предлог к построению". Весь акцент, все внимание художника здесь на соотношениях окрашенных плоскостей, на их "склАдном" взаимодействии: выжженная трава переднего плана, жемчужная даль моря, охристая поверхность стены, синяя "полочка" перевернутой лодки - все это представляется "пазлами" одной большой темы - картины. Даже эти неведомые цифры на стене сарая здесь "при деле", они являются средоточием, замыкают некоторые ритмические ходы (закройте эти цифры пальцем и вся конструкция картины развалится). Белая рубашка юноши являет собой тональный "апофеоз" темы моря и неба, своего рода "замкОм", сцепляющим две темы. "Фигура" сарая, вырастающая из-за лодки, задает движение этим "пазлам", держит в напряжении всю картину ... Одновременно, внутренняя жизнь картины не кажется какой - то "шарадой", она есть только "подложка" чего-то, например, безмятежного общении этой парочки ...
Картинная плоскость здесь как бы разделена на две части, два основных отношения: натюрморт - груду яблок, и стену за ними, с нарисованной довольно условно фигурой лежащей девушки. Поначалу, зритель обращает внимание на объекты переднего плана - яблоки. Одно из них битое и возможно, уже источает свой пряный, неповторимый, известный всем аромат. В цвете эта группа плодов написана исключительно нежно и гармонично. Насытившись этой "симфонией" цвета и аромата, внимание зрителя медленно переползает на настенное изображение. Беззащитная фигура спящей будто налита встречным, розово - охристым внутренним светом ...