Этому тинейджеру-вундеркинду повезло с иммунитетом.
Советским подросткам он был знаком скорее по фельетону в «Ровеснике» и нападкам журналиста Феофанова, нежели по песням.
Самые известные из них звучали слишком старомодно на фоне Битлз и Стоунз.
Граждане постарше слушали магомаевскую версию You Are My Destiny, полагая, что «анка», не фамилия, а имя автора.
Надо сказать, что Феофанов атаковал юного певца, оперируя общеизвестными фактами, демонизируя их при помощи интонации – «бойкие слова, нахальные мелодии», «говорят, он чудовищно безграмотен» и т.д. Примерно так же плохие агитаторы «обвиняли» Гитлера в вегетарианстве и отказе от курения.
Когда Дин Рид довольно жиденько перепел My Way с квартетом «Улыбка», никто его не заметил.
Над «Элизабет» с идиотским припевом «шувилю-шувиля» смеялись самые всеядные.
О лицензионном диске вспоминали только в связи с гитарным боем Розенбаума, потому что «Полем, полем» начинается в точности, как англоязычный, но очень жалистный Papa.
Но вы же понимаете, кто мог обращать внимание на подобные вещи.
Life Song – одну из лучших песен, написанных повзрослевшим Анкой, в блистательном исполнении Хампердинка, тоже заметили и оценили единицы. А одиночная наблюдательность, прошу прощения за каббалистику, какой бы ни была сумма ценителей, неизменно остается единственным числом.
Разумеется, везение не могло длиться бесконечно, и до старика, в конце концов, добрались, но – только в настоящем времени, ибо в прошлое, где пока еще хватает неоскверненных шедевров, ведет только смерть, да и то, на правах рекламы.
* Читайте далее о Juicy Lucy