Чтобы правильно ответить на вопрос, надо правильно его сформулировать. А правильнее он звучал бы так: почему среди русских князей встречаются славянские и скандинавские имена?
Двойные имена князей – родовые и крестильные
Дело в том, что после принятия Русью христианства все князья носили, как правило, два имени – славянское и данное им при крещении имя греческого, латинского либо еврейского происхождения. Так, правительница Ольга была крещена под именем Елена, Владимир – Василий, Ярослав – Георгий. Заодно определённые сочетания языческих и христианских имён стали традиционными. Так, Владимир Мономах тоже был наречён крестильным именем Василий. Известные нам князья по имени Ярослав – обычно Георгии (Юрии). В летописях они чаще всего фигурируют под своими традиционными славянскими именами, хотя время от времени их называют двойным именем (например, Святополк-Михаил).
Но уже в XII веке отдельные князья именуются только крестильным именем. Весьма возможно, что славянского имени у них при этом и вовсе не было. Это Юрий Долгорукий, Андрей Боголюбский, Константин Ростовский, Александр Невский и некоторый другие. Хотя и в это время большинство князей по-прежнему зовётся именами, которых в то время ещё не было в святцах: Святослав, Всеволод, Мстислав, Ростислав, Игорь, Олег и т.д. Встречались ещё и Рюрики, один из которых в начале XIII века захватил и разграбил Киев. Причём, если с течением веков многие княжеские имена, благодаря церковной канонизации, вошли в святцы и стали христианскими, то Рюрик таковым пока не стал.
Особенно интенсивно «вымывание» языческих имён происходило во времена ордынского господства. Отдельные князья в этот период ещё носят имена Игорь, Олег (один из последних – рязанский князь конца XIV века), но начинают безусловно преобладать имена, связанные с христианством. Интересно в этой связи, что в династии московских великих князей Рюриковичей, начиная с Александра Невского – отца первого московского князя Даниила – никто из занимавших престол не носил славянского имени. А последним Рюриковичем, который известен под языческим именем, стал Родослав, брат рязанского великого князя Фёдора, умерший в 1407 году.
Два Владимира могли занять московский трон
Тем не менее, было бы неверно считать, что русские великие князья и цари начали как-то гнушаться славянских имён. Просто их ещё было очень мало в святцах. Одним из первых там, по понятным причинам, появилось имя Владимир. Считается, что это произошло не позднее XIII века. Дважды складывалось так, что люди с этим именем могли бы, при иных обстоятельствах, занять московский престол.
Первым был двоюродный брат Дмитрия Донского – серпуховской удельный князь Владимир Андреевич Храбрый, предводитель рати на Куликовом поле и, как некоторые историки считают, главный герой той битвы. После смерти Донского Владимир Андреевич приходился двоюродным дядей новому великому князю Василию I. Из-за старшинства в роду тогда чуть было не вспыхнуло междоусобие.
Двоюродный брат царя Ивана IV, удельный князь старицкий, тоже был Владимиром Андреевичем. Во время тяжёлой болезни царя в 1553 году многие бояре и другие лица в ближайшем царском окружении не захотели присягать малолетнему царевичу Ивану. Они открыто говорили о том, что готовы служить только Владимиру Андреевичу. Если бы болезнь царя закончилась трагически, то весьма вероятно, что Владимир Андреевич и занял бы русский трон.
Единственное исключение – Борис Годунов
Среди царей было одно исключение. Это Борис Годунов. Нам, правда, неизвестно точное происхождение этого имени, но в православном именослове это имя помечено как славянское. Ещё в конце XI века в святцах появились имена святых князей Бориса и Глеба – сыновей Владимира – ставших жертвами братоубийцы Святополка Окаянного. Есть, видимо, закономерность в том, что единственный царь с русским именем был окрещён в честь одного из них.
Наверное, наречение имён подчинялось некоей математической закономерности. Было очень мало славянских имён в святцах, появились они там поздно, вот цари, за одним исключением, и носили греческие, латинские, еврейские имена. Ну, а если это кому-то покажется странным, пусть он попытается вспомнить, многие ли его личные знакомые в наше время имеют имена славянского и русского происхождения.