Столица республики Саха-Якутии. Население сто девяносто семь тысяч человек.
Не успели сойти с трапа самолёта, сразу увезли в ресторан. Якутский рыбный обед. Рыба везде: жареная, вареная, печеная, сырая, замороженная, копченая, соленая. Естественно, рыба по якутскому обычаю с душком. С трудом разгрызаю розовый кусочек замороженного лакомства - от непривычного вкуса и противного запаха меня тошнит. Пробую закусить рыбу якутским салатом из зелени и морепродуктов. Вонючие водоросли запутываются в лентах морской капусты. Капуста, в отличие от водорослей, крепкая и солёная, но тоже, как назло, невкусная. Во рту всё перемешивается. Тем самым неприятный вкусовой эффект усиливается многократно. Больше с якутского стола ничего взять не решаюсь.
Быстро прыгаем в автобус и направляемся кататься на теплоходе по Лене. От усталости сразу же засыпаю и просыпаюсь уже у самого причала. Что-то случилось с парковкой: пристань разбита, что ли... Это место я тоже проспал. Выходить пришлось по дощечке прямо на песок.
Экскурсия по музею Якутии. Директор музея заводит нас вместе с епископами в древнюю зимнюю национальную избу якутов, подводит к печи и настойчиво предлагает всем, в том числе и священникам, попросить помощи у Бога огня, подкармливая его чем-то съестным. А рядом с избой часовня, но в неё владыки следуют только после того, как уважили огненного Духа. Раньше этого действа директор не подпускала их к ней ни в какую. Даже позвонить в колокола не давала, несмотря на их многочисленные просьбы об этом.
На обед застольные тосты в летнем якутском жилище. Тост - встали – спели церковное многое лета - громко чокнулись - выпили - сели - налили - тост... В перерывах (это пока тост длится) делегация нашего стола (работники СМИ) уничтожает принесенную рыбу во всех видах. Уничтожает с трудом, потому что люди столько не едят - только мамонты. Изучаем национальную кухню якутов. С нежеланием пробую солёную кашу саламату и, морщась, делаю глоток кумыса. Кумыс, как алкогольный напиток, только кисломолочный. Короче, якутский квас. Пока отошёл на пять минут, все разъехались. Из русских остался я один, все остальные якуты (ведь их в Якутии - 40 процентов). Ждём «газельку». Захмелевшая от кумыса молодая эксурсоводка интересуется моим мнением о красоте местных девушек, а чиновник из администрации Якутска, встречающий святые мощи, и вовсе признаётся, что он двоеверец. Пока едем - разговариваем. Спрашиваю у государственного мужа о княгине Елизавете. В ответ он лишь смущённо пожимает плечами. Кто якутам великая Елизавета - Бог их знает, однако русскую святыню в этом забытом Богом месте уважили на самом высоком государственном уровне, а нынешние местные власти даже зачем-то отрапортовали сопровождающим мощи государственным мужам о будто бы имеющих место хозяйственных достижениях. В тесноте да не в обиде добираемся до места.
Когда стемнело, опять-таки бродим по музею, но уже алмазному. Якуты, живущие в алмазном раю, прозябают, но не унывают: "Работы нет, одна торговля". Русских они считают вялым народом, разбазарившим страну. Разглядывание якутских алмазов длится недолго и быстро сменяется мелькающими за окном автобуса бескрайними пейзажами. Пора в храм.
"Как сказали в новостях, что мощи едут из Иерусалима, так у меня сердце защемило - неужели к нам не приедут? - наперебой вспоминают съехавшиеся со всей Якутии тетки, русские и полукровки. - И ночью шли люди, и в три утра". Они счастливы, а почему, объяснить не умеют. Именно в Якутске прихожане впервые пропели здравицу зарубежному епископу Михаилу, скорее всего даже не подозревая о том, что между двумя Церквами - РПЦ и РПЦЗ - был какой-то раскол. Служат в Якутии на двух языках, на якутский службу перевели еще в XIX веке, но большинство якутов с тех пор вернулись в язычество. "И свечку ставят, и к шаману идут", - здешний епископ Герман говорит об этом с привычной усталостью - ничего не поделаешь, традиция.
Если уж эти люди, близкие родственники монгол, до сих пор разводят совершенно бесполезных в этих краях лошадок, то наставлять их в чистоте православия – дело пропащее. "Ну прямо Клондайк - они даже деревянные дома реставрируют!" – заезжие паломники с изумлением разглядывают деревянные колоннады и портики Якутска. Они не знают, что еще 200 лет назад пригретый русским царём маркиз Кюстин, поразившись обилию колонн в русской глуши, пошутил на всю Европу: "Не иначе русским они напоминают о лесе".
Интересная статья?
Жмите палец вверх и подписывайтесь на наш канал, чтобы продолжить увлекательное путешествие по Дальнему Востоку!