Любим ли мы шутов?
Само слово «шут» — такое некоролевское и уничижительное — совершенно не вызывает положительных ассоциаций. Мы даже, возможно, презираем шутовство, ведь, будучи людьми неглупыми, мы наверняка «выше этого». Ну а что, если Шут продуцирует здоровый, а может, и вполне себе и «благородный» юмор, соответствующий нашему интеллектуальному уровню и духу всего коллектива? Тут мы, пожалуй, согласимся, что эти шутки вносят гармонизурующее начало в отношения между коллегами, разряжают обстановку и вообще — иногда вполне себе даже смешные.
Шут — это главный весельчак в команде, который и за словом в карман не лезет, и унывать, похоже, просто не в состоянии. Дела у него всегда отлично, а всё, что происходит вокруг — очередной повод похохмить.
Шут успевает не только справляться со своими профессиональными обязанностями, но и в режиме нон-стоп следить за всем происходящим в радиусе пяти метров. Он неустанно мониторит общественное мнение, задавая «уточняющие» вопросы на самые разные (порой абсурдные) темы, и всё это для того, чтобы просто подурачиться и выдать порцию острот — едва ли не главного продукта своей общественной жизнедеятельности. Такая колоссальная работоспособность, живость ума и талант подметить что-то забавное в обыденности нас не просто забавляют, но порою даже и восхищают. А ещё не может не восхищать умение Шута противостоять любому горю и трудностям. И тут стоит вспомнить очевидную для многих вещь, что юмор — сильнейший защитный механизм. Смех, пусть даже сквозь слёзы, помогает принять самые тяжёлые удары судьбы, а при рядовых проблемах снимает стресс и спасает от тревожности. Конечно же, жизнь бьёт шутов ничуть не меньше, чем всех остальных представителей рода человеческого, но те продолжают жить дальше, словно и не было ничего — «легко» и «беззаботно», а люди вокруг едва ли знают, что скрывает эта показная беспечность, ведь маска шута, совсем не защищая своего владельца от бед и невзгод, надёжно скрывает его от собственного окружения.
Как много мы знаем о Шуте? Чем он увлекается, что любит и чего боится? Доводилось ли Вам слышать от Шута искренний комплимент, признание, выражение восхищения? — Едва ли. Скорее всего, Вам также не приходилось видеть, как Шут горячо отстаивает в споре свои убеждения. Само наличие каких-либо убеждений и увлечений у Шута предполагает также и наличие у него чувств (помимо чувства юмора), симпатий, а значит, и слабостей. И хотя нет в мире людей без чувств, симпатий, слабостей, Шут «всё своё» носит в себе, скрывая под маской себя настоящего. Боясь быть непонятым, униженным и, как это ни парадоксально, осмеянным, он прячется за своими остротами, и, даже имея широкий круг общения, остаётся чужим среди своих. Маска шута, созданная им самим, очевидно, препятствует настоящей духовной близости и он, в тоске по этой близости, ищет признания у тех, от кого сам же и отгородился. Видя, что его лицедейство вызывает живой отклик и интерес
в глазах у изумлённой публики, Шут вдруг оживляется ещё сильнее и увеличивает поток острот, тем самым становясь заложником своей роли. Чужое внимание даёт ему ощущение собственной значимости и исключительности в жизнях других людей — то ощущение, которого Шут может лишиться, показав себя несмешного, но настоящего. Этот замкнутый круг совсем не способствует ни установлению крепких дружеских отношений, ни созданию семьи. Парадокс Шута также в том, что в погоне за зрителями он рискует ранить своим юмором случайных жертв, провоцируя обиды и негатив в свой адрес и достигая тем самым эффекта, прямо противоположного намеченной цели.
Чтобы выйти из этой юмористической западни, Шуту понадобится помощь, а также желание и огромная смелость эту помощь принять. И если кто-то захочет стать для Шута спасательным кругом, ему потребуется пустить вход всё своё обаяние, терпение и... искренность. Не открывшись самому, едва ли можно рассчитывать на взаимность. Придётся так же напоминать себе, что маска Шута, является лишь гранью его сложной личности — не единственной и неотделимой. Необходимо понимать и помнить, что, входя в Вашу жизнь, Шут при всём желании не сможет оставить эта маску за её порогом. Вот такая неполноценная получилась метафора...