"Ускользающая красота" - какой-то простецкий фильм, да? Нет.
Иногда случается так, что простота сюжета видна всем, но сложность фильма - только одному человеку. Режиссёру. Если почитать интервью Бернардо Бертолуччи, можно прийти к ряду умозаключений, которые показывают всю эту историю с совершенно иной стороны.
Немного ссылок:
Первое, что нужно сказать: Бертолуччи только вернулся в Италию. До этого он работал на Западе и на Востоке, снимал эпические полотна, но, как вы понимаете, жизнь - это вечное возвращение. Поэтому, персонажи постоянно откуда-то возвращаются: Люси - из родной пуританской Америки (она и была-то в Италии один раз четыре года назад, но всё равно - именно возвращается), молодые хлопцы возвращаются из весёлой Турции, с отдыха, и так далее.
Интересно, что Бертолуччи не считал итальянский язык подходящим для кино. Он называл его языком литературы, слишком пафосным и классическим, в отличие от американского английского или, на худой конец, французского (потому что Годар). Поэтому героиня Лив Тайлер в обыденной жизни говорит именно на американском английском, это её родной язык. Да и вообще все персонажи - не итальянцы, а англо- и франкоговорящие. Поэтому фраза художника, одного из кандидатов на отцовство, про то, что эти холмы дышат великим искусством, приобретает новую грань: это не столько восторг перед древностью, сколько объяснение тотальной беззубости итальянского языка в кинематографе при таком обилии великих режиссёров. Не зря художник вырезает свои работы бензопилой по дереву, он монументален, как эти холмы, и ему единственному тут действительно есть место.
Кстати, а почему "ускользающая красота"? Может, потому что Люси пытается избавиться от своей девственности, что в простонародье называется прощанием с девичьей честью или девичьей красотой? А может, потому что красота Италии для всех персонажей оборачивается разочарованиями? В новой жизни, в доме, который за двадцать лет так и не стал своим, в отношениях, в мечтах (разочарование главной героини в парне своей мечты, к примеру). А может, потому что большая часть персонажей - неумолимо стареет, как и вся эта прекрасная местность? Вон и совершенно старый, несущий бред на французском языке Жан Маре, и умирающий персонаж Джереми Айронса, который тут всё ещё похож на Гумберта, всё ещё любит хватать молоденьких девчонок за лодыжки (впрочем, тут он не развратник, а почти персонаж-ангел хранитель, добрый дядюшка-писатель, изрекающий житейские мудрости).
И вот ещё что. В этом фильме много откровенных сцен, но и они пронизаны духом старости (апогей - фестиваль, на котором только молодая американка остаётся без пары, и ей приходится "нанять" пьяного англичанина, чтобы тот изобразил её любовника). И микросюжет с парнем, успешно соблазняющим женщину в два раза старше себя, выглядит, как попытка молодого искусства овладеть древней и чересчур классической Италией. Классика - это былые заслуги, но былое - в былом, а сегодняшняя красота ускользает. "Тебе тоже когда-то было девятнадцать", говорит художник жене. Неспроста.
У Бертолуччи сложные отношения с Италией и итальянским языком. И это взаимно.
Фильм действительно был бы простецким, если бы не этот микросюжет с соблазнением юношей взрослой женщины, брошенная персонажем фраза про великое итальянское искусство, пара невесть откуда взявшихся геев, деревянные скульптуры и платья, умирающий писатель, потерявший какой-то важный текст, строительство телевышки на тех самых холмах, обрывки стихов, которые разбрасывает Люси, словно загадывает желания (наследуя тем самым поэтический талант своей матери и, вполне возможно, повторяя её судьбу).
Сюжетцы же тут, а точнее причины приезда Люси в Италию, играют роль спускового крючка. Стремление воскресить первую любовь, лишиться наконец этой обрыдлой невинности, так сказать, одним махом повзрослеть, найти настоящего отца - лишь оправдание того, что этот фильм был снят. Совершенно неважно, кто окажется отцом девушки, неважно, кто лишит её девственности, не важно, кто был по ту сторону объектива в начале фильма (хоть мы и знаем, что это был военный корреспондент, ещё один кандидат на отцовство). Не важно, что будет дальше (а если Люси повторяет жизнь своей матери, то никакого романа не получится, получится ещё один ребёнок, который через 19 лет тоже приедет в Италию, чтобы найти настоящего отца).
В общем, фильм многогранный, сложный, но сложность эта не является самоцелью. Она тут скорее из-за того, что мы знаем контекст, ознакомились с биографией и интервью Бертолуччи, знаем, какие вопросы его волновали в тот момент.
В остальном же - это исключительно итальянский фильм от совершенно неитальянского режиссёра.