Все сказочные персонажи и сюжеты Пушкина кажутся нам настолько привычными и естественными, что почти никто не задумывается о том, что у этих образов может быть какое-то «второе дно», не говоря уж о третьем и т.д. Но есть любители и профессионалы, которые вновь и вновь анализируют пушкинские и не только пушкинские произведения, обнаруживая в них бесконечную полифонию «текстов в текстах». Сергей Горюнков предлагает свою версию интерпретации, основанную на мысли об иносказании как мировоззренческой и эстетической основе творчества. Мол, сказки для Пушкина были отличным способом испытания своего литературного дара и самовыражения через смешение сказочного сюжета с личным пониманием русской истории, политическими взглядами и нравственными оценками. Поэт, по мнению автора книги, вкладывал в популярные сказочные истории то, чего не мог сказать вслух в политической обстановке своего времени. И даже более того: своими сказками он посылал в будущее некую духовную миссию, чтобы через века спасти