39
Евгений Читинский
Начало книги здесь
Предыдущая глава тут: Гл. 37
Глава тридцать восьмая
22 июня 1941 года. Дай патрон
- Дяденьки красноармейцы! А вы тут не пройдете! – сказал деревенский белобрысый парнишка 12-13 лет.
Подкорытов, который снимал сапоги, чтобы войти в воду, обернулся. Два его бойца, стоявшие уже босыми, схватились за винтовки.
- Это почему же?
- Дай патрон, скажу!
- Экой ты шустрый, патрон ему подавай, а мамка узнает?
- Тогда два!
- А почему два? – уже искренне удивился ефрейтор.
- А я Миколе дам, брату, чтобы он мамке не рассказал, когда я играть буду!
- Ладно, вот тебе два патрона, выкладывай диспозицию!
- Чего?
- Ну расположение на местности!
- А, понял! - парнишка деловито засунул оба патрона в свой бездонный карман серых штанин.
- Ну слухайте, вот здесь, - он указал на спуск к речке, расположенный напротив виднеющихся на противоположном берегу колхозных построек, - переходить нельзя! На той стороне болото. Завязнете, а то и утопнете в болотине-то! Вам надо с версту далее пройти, вверх по речке, там тропинка из деревни к ней спускается, её сразу увидите, там и переходите. А потом её и держитесь. Мы по ней в лес по ягоду и грибы ходим!
- А тут нигде?
- Ни, дяденька, тут завязнете и утопнете, я же говорю, мы в лес той тропой ходим!
- Значится, потом по тропинке идти?
- Ну да, только она снова к болотине спустится, но вы не бойтесь, идите прямо, там неглубоко, там пригорок с лесом рядом будет, к нему и идите. Только сапоги не снимайте!
- А это почему?
- Там гадюк полно!
- Ну спасибо! На вот, держи еще патрон!
- А давайте я вас провожу до тропинки, можно? – обрадовался халявному патрону пацанёнок, быстро сграбастав его своей цепкой ручонкой.
- Но только до тропинки, а то мамка будет ругаться!
Парнишка бодро взял свою палку, изображавшую саблю, которой он рубал крапиву, и с видом бравого командира повел бойцов в противоположную сторону от шума боя.
- А вам зачем туда? К немцам хотите в тыл зайти или сдаться?
- Мы что, на трусов похожи?
- Вы не трусы, я это сразу приметил. Долго вы к той стороне приглядывались, да винтовки сжимали! И это, ваши же солдаты, которые там в окопчике сидят, вас бы не пустили!
- Это верно! Так чего же тогда спрашиваешь?
- Просто спросил, чтобы уж точно знать, что нашим помогаю!
Звуки выстрелов возле моста то стихали, то возобновлялись. Через четверть часа быстрой ходьбы по пригоркам и берегу мальчик вывел бойцов к небольшой тропинке, спускающейся к речке, и сказал:
- Можете здесь сапоги не снимать, всё равно сухими не будете, на болотине начерпаете воды!
- Спасибо, тебя как звать?
- Фёдор!
- Тёзка, стало быть! Ну вот что, Фёдор, спасибо тебе большое от лица всей Красной Армии! Здорово ты нам помог! – ефрейтор улыбнулся парнишке.
Тот, нисколько не смущаясь, ответил:
- Да мне не трудно!
- Ты пионер?
- Ни… Но я журналы и книжки в библиотеке в Радваничах читал! Да и так знаю, что красные прогнали буржуев-кровопийцев! И живем мы сейчас лучше. Советская власть нам землицы много выделила!
- Вот ты смотри, Андрюша, какой идейно-подкованный парнишка нам попался! - подмигнул своему бойцу Подкорытов.
- И то верно! Только вот что, малец, ты патроны-то в костер не суй и в печку тоже! Бабахнут, да и покалечит кого-нибудь! – серьезным голосом проговорил более высокий красноармеец.
- Да что я, дурак, что ли? Это если я винтовку найду, то у меня и патрон уже будет!
- Ну ладно, партизан, беги домой, а нам воевать надобно! – пожал руку парнишке ефрейтор, и тот быстро побежал назад, не забывая по дороге рубить палкой крапиву.
- А может, нужно было Кутенко с его бойцами взять? Чего они там в засаде высидят? А так нас уже было бы не три человека, а шесть!
Подкорытов, морща лоб и вглядываясь в ту сторону речки, ответил:
- Командиры им сказали там сидеть, пусть и сидят в засаде. Они же могут и нашим артиллеристам помочь, которые здесь в лесочке замаскировались!
- Стратегия! – с иронией в голосе проговорил боец, который был поменьше ростом.
- Миша, по военному это называется тактика боя! Нам на ефрейторских курсах об этом говорили!
- Да ладно тебе, Федор! Мы и так знаем, что ты начальство у нас умное!
Второй боец поддакнул:
- Это точно!
Ефрейтор шагнул в воду:
- Ну что, ребята, двинули! А то бой без нас закончится! Вон стихает вроде как!
В это время сержант Васильев озабоченно прислушивался к редким выстрелам со стороны немцев, которые перекрыли дорогу. Патроны у них заканчиваются, или пакость какую надумали? Да и зашедшие со стороны тыла враги вон тоже ракету не просто так пускали. Сосредотачиваются там, гады. Не смог лейтенант их удержать на берегу речки. Зато дал время на окапывание с тыла. Сержант нервно закурил, он знал, что траншея для стрельбы хотя бы с колена будет готова только через час. Не успеют они закольцевать круговую оборону! Хорошо, что он успел вывести из овражка свой «хозвзвод». Вот только Маруську и полевую кухню с телегой и припасами там оставили. Связным в Радваничи он послал Осадчего на второй лошади. Это радовало! Всё-таки успели! Да и выбор гонца был удачным, тот сильно любил лошадей и мог скакать без седла!
Потери отряда сержанта Васильева после перестрелки составили 11 человек. Из них трое было убитых и восемь человек раненых. С учетом того, что от лейтенанта Старновского пришли еще четыре бойца, которые привели четырех раненых, «в строю» оказалось 26 вооруженных бойцов.
Сил было явно мало. Поэтому распределить их нужно было с умом!
Черкашин с Ярошиком так и остались в ДЗОТе с пулеметом МГ-34. Они держали дорогу. Всех раненых разместили под навесом в траншее, на их защиту отрядили двух поваров с обрезами. Таким образом, «активных штыков» в распоряжении сержанта осталось 22 человека. Оружие убитых и раненых распредели среди одиннадцати безоружных. Следовательно, невооруженных красноармейцев оказалось 32 человека. Это был резерв для рукопашной схватки! Его оставили в основной большой траншее.
Сержант понимал, что от его дальнейших действий зависит жизнь 58-ми бойцов, которые готовы драться и 12-ти раненых. Поэтому он заранее распределил, кто какие позиции занимает в случае атаки с тыла, в случае атаки со стороны дороги и в случае атаки с двух сторон. Главное, успеть подать нужную команду!
Вдруг он увидел, как из леса, в тылу укреплений моста, вышел вражеский офицер и что-то прокричал своим солдатам, и тут же, словно призраки из ниоткуда, стали появляться силуэты немцев. Вот офицер прокричал еще что-то, и вся эта серая масса ринулась на них!
- Взвод, к отражению атаки с тыла приготовиться! – зычно подал команду сержант.
Бойцы шустро попрятались по своим местам. Даже в неглубокой, незаконченной траншее залегли несколько человек. Сержант Ловчев с пулемётом Дегтярева занял позицию в тупике правофланговой траншеи, расположенной перпендикулярно атаке немцев и ближе к линии леса, уходящей вдаль.
Перед нашим пулеметчиком было чистое поле, по которому бежали немцы, а он словно в стрелковой ячейке сидел! Справа и слева никого! Только сзади находилось трое бойцов, остальные рассредоточились по главной траншее, готовые стрелять в сторону леса и деревеньки, и, если нужно будет, то и вести огонь назад, в сторону дороги с мостом.
Командир второго отделения ефрейтор Штильман с ППД занял левый тупичок боковой траншеи. По задумке Васильева, он и пулеметчик своим автоматическим оружием должны были поразить противника, подпустив его как можно ближе. Остальные бойцы должны были вести огонь из винтовок с максимально дальней дистанции, что они и сделали, открыв частый огонь.
Продолжение тут. Гл. 39 "Атака немецкой пехоты"
Интересные статьи
- Детство в СССР. Школьный поход в лес всем классом