У меня есть наивное, но вполне исполнимое желание, чтобы наконец-то издали хорошие настоящие переводы английского поэта и святого Роберта Саутвелла на русский язык.
Сложно найти автора, столь же красноречиво и духоподъемно описывающего христианский универсум и так вдохновенно передающего метафизические идеи.
Первое, что меня в свое время удивило в поэзии Саутвелла, это невероятная для XVI века
У меня есть наивное, но вполне исполнимое желание, чтобы наконец-то издали хорошие настоящие переводы английского поэта и святого Роберта Саутвелла на русский язык.
Сложно найти автора, столь же красноречиво и духоподъемно описывающего христианский универсум и так вдохновенно передающего метафизические идеи.
Первое, что меня в свое время удивило в поэзии Саутвелла, это невероятная для XVI века аналогия человеческого мозга как творца вселенной, а человеческой души - как божественной силы, которая и делает человека подобием бога. Но наиболее яркими и метафоричными кажутся именно рождественские стихи поэта-иезуита, и самое любимое из них, вообще какая-то путеводная звезда моей жизни, стих «Горящий младенец».
Каждому, кто стоит в морозную ночь один перед холодом и невзгодами этого мира, нужно вдруг ощутить тепло, воспламеняющее сердце. И в идеале, конечно, увидеть в небе удивительного безо всякой вины горящего младенца с развернутой пламенной грудью, слезами тушащего полыхание оскверненных человеческих душ.