Впереди маячил чемпионат Европы в Граце с победой Косторной и без горячей воды в отеле, а затем – подготовка к чемпионату мира, который просто не мог не состояться. Будущее казалось прекрасным и предопределенным: Алене в нем светили три трикселя в двух программах и космическая вторая оценка; Ане – три квада и самый дорогой каскад в истории женского одиночного, Саше – от трех до пяти квадов, два трикселя в двух программах и выкрик «Дракарис» в концовке.
А потом случилось нечто, изменившее жизнь почти каждого человека на земле. Именно поэтому я бы не сравнивал наше фигурное катание конца 2020-го с чем-либо ранее существовавшим.
Так вышло, что за неделю до отмененного чемпионата мира, мне довелось пообщаться с Аней Щербаковой. И за 50 минут сложилось четкое впечатление, что она – фанатик. Я не могу представить/придумать человека, который отговорил бы ее кататься.
Вот эпизод, в котором вся Щербакова. Аня вспоминает о травме ноги в интервью для журнала ELLE:
«С переломом ноги было очень тяжело, поэтому я даже приходила на тренировки, сидела за бортиком, смотрела, как все катаются, так как я не могла просто усидеть дома без льда. Тогда я точно поняла, что я не могу без тренировок».
Но здесь, конечно же, сам факт выхода на лед – безусловно, сильная, но не самая веская история. Все что-то преодолевают – хоть в спорте, хоть в иной сфере жизни.
Одна деталь, совершенно обезоруживающая, уничтожающая соперников и влюбляющая в Аню даже тех, кто никогда ей не симпатизировал: четверной лутц. Коронный четверной лутц Щербаковой, который закрылся вместе с заведениями общепита, обанкротился вместе с корпорациями и надел маску вместе с нами.
Он вернулся первым прыжком в произвольной, и судьи оценили его на 16 с лишним баллов