Они сбегают с тренировок, когда на часах пробивает пять.
Габриэль Батистута
Местный Иисус во Флоренции и лучший бомбардир в истории сборной Аргентины всегда неохотно общался с прессой о футболе. Алессадро Риалти, помогавший Габриэлю с написанием автобиографии, объяснял это так: «Самое любопытное в том, что Батистута не похож на остальных игроков. Он великолепный профессионал, который не слишком-то любит сам футбол».
«Когда мы работали над написанием книги, он приходил ко мне в кабинет и на протяжении пяти дней взахлеб рассказывал о своей семье и жизни в Аргентине. Но когда дело дошло до футбола и его игровой карьеры, весь энтузиазм куда-то исчез. Как он рассказывал, «вы можете сами посмотреть мои достижения. Это далеко не самое главное для меня».
Кристиан Вьери
Современник Батистуты и еще одна легенда Серии А. Вьери довел до абсурда негласную миссию пройтись по каждому итальянскому суперклубу. Завершив карьеру, Кристиан освоил еще один инструмент, позволяющий запечатлеть себя в разных местах – селфи-палку.
Возможно, такое увлечение – отсылка к детству, большую часть которого он с семьей провел в Австралии. Там Вьери по уши влюбился в крикет, но воплотить мечту в реальность помешал футбол.
«Честно говоря, я не очень хорош в футболе и вообще считаю себя довольно средним игроком. Я любил крикет. Когда у меня только начинало получаться, когда мы побеждали вместе с ребятами, я представлял, что стану следующим Алланом Бордором», – признавался Вьери в 1998 году.
Бенуа Ассу-Экотто
Этот парень не знал в лицо партнеров по «Тоттенхэму» (между прочим, вполне себе звездных Ван дер Варта и Паулиньо). Он не мог сказать, с кем его команда сыграет в следующие выходные. Он, вероятно, единственный игрок, кто открыто признался, что гоняет мяч ради денег. Честность – пожалуй, главная добродетель самого крышесносящего игрока, побывавшего когда-либо в Англии.
«Я не понимаю, почему все вокруг врут, – жаловался защитник. – Президент «Ланса» Жерве Мартель сказал, что я ушел, поскольку в Англии мне предложили больше денег, а значок клуба для меня не имеет значения. Я сказал ему в ответ: «Найдите хоть одного игрока, кто приходит в клуб со словами: «Возьмите меня, я обожаю цвета вашей формы». Нет, первое, что вы затрагиваете при переговорах – это деньги».
Взять хотя бы меня. Я приехал в Англию, где никого не знал, я не умею разговаривать по-английски. Так зачем я сюда приехал, спросите вы? Ради работы. Наша карьера длится примерно 10-15 лет, поймите это. Я не хочу сказать, что ненавижу футбол – просто это не самая большая моя страсть».
Дэвид Бэтти
Бывший полузащитник «Лидса», «Ньюкасла», «Блэкберна» и сборной Англии очутился в футболе только по прихоти отца – фанатика, помешанного на игре. Особого презрения от Дэвида заслужили матчи национальной команды – совершенно бессмысленные, на его взгляд.
«Международный футбол – дико скучная штука. Я не посмотрел ни одного матча с тех пор, как закончил играть. Не понимаю людей, которые из своего кармана платят деньги, чтобы увидеть это. Людей нужно развлекать, а международный футбол для этого просто не предназначен», – оправдывался Дэвид перед изданием Daily Mirror.
Дэвид Бентли
Десять лет назад британская пресса скромно называла его The Next Big Thing (грубый перевод – новый Аршавин). Сейчас он успешный владелец сети ночных клубов и ресторанов в Англии и Испании. Причина такого резкого поворота проста: Дэвид разлюбил футбол.
«Мне жутко надоели все эти агенты, люди, которые хотели продать меня подороже, представить тем, кем я не был на самом деле. Я всегда любил атмосферу на стадионе, кричалки болельщиков, но, оглядываясь назад, я с наслаждением вспоминаю только юношеский футбол. Я мог играть со своими друзьями, в любительской лиге, на нас приходили смотреть родители. Вот тогда футбол действительно приносил мне радость», – исповедовался Бентли в интервью Daily Mirror.
Брайан Шератт
История бывшего вратаря «Оксфорд Юнайтед», пожалуй, самая нетривиальная в этом чарте. Шератт открыто жаловался друзьям, что талант изгадил ему жизнь и заставил заниматься далеко не тем, о чем он мечтал в детстве. К счастью, Брайан нашел себя уже после завершения карьеры – разнорабочим.
«Брайан говорил мне, что футбольные таланты стали для него настоящим проклятием. Ему никогда не нравилась жизнь профессионального игрока, он ненавидел тренировки, поездки на гостевые матчи и другие футбольные составляющие. Закончив со спортом, он стал одержим строительством – мог долбить молотком в сарае с утра и до самого вечера», – вспоминал (и возможно, жаловался) сосед Ричард Уэст.