Живопись

**«Ирисы» за закрытыми дверями. Как Жанна Шлюмберже разглядела позднего Моне** Вот за что я люблю новости о предстоящих аукционных торгах, так это за редкую возможность заглянуть за двери, которые десятилетиями оставались закрытыми. Там, вдали от музейных залов и любопытных глаз, хранятся картины, о существовании которых широкая публика даже не подозревает. Именно такая история сейчас разворачивается в Париже. Sotheby’s готовит к продаже 26 произведений из частного собрания семьи Шлюмберже. Среди них — поздние полотна Клода Моне, включая великолепные «Ирисы». Десятилетиями эти картины оставались в семейном особняке, и лишь немногие счастливчики имели возможность их увидеть. Жанна Шлюмберже была супругой французского инженера и промышленника, основавшего компанию, ставшую впоследствии одним из мировых лидеров нефтесервисной отрасли. Она одной из первых среди женщин своего круга села за руль автомобиля, хоть в остальном сторонилась светской суеты, не стремясь оказываться в центре внимания. А в 1964 году, в возрасте семидесяти пяти лет, отправилась с внуками на первое выступление The Beatles во Франции. Семейное состояние давало ей возможность приобретать произведения выдающихся художников. На протяжении сорока лет Жанна собирала свою коллекцию, доверяя прежде всего собственному вкусу. В 1950-е годы внимание мадам Шлюмберже привлекли поздние полотна Клода Моне, к которым художественный мир тогда относился с изрядной долей снисходительности. Многих знатоков смущали огромные холсты, смелые цветовые сочетания и почти исчезающие очертания предметов. Знакомые сады и пруды Моне словно растворялись в цвете. Жанна увидела в этих работах подлинную художественную силу и приобрела несколько полотен, годами пылившихся в мастерской художника. Главный шедевр предстоящих торгов — «Ирисы» Клода Моне (1924–1925), огромное полотно размером 159,6 × 180 сантиметров, созданное в последние годы жизни художника. Здесь Моне уже почти не заботится о точности изображения. Среди густой зелени вспыхивают жёлтые цветы, голубые и сиреневые мазки смешиваются с очертаниями длинных листьев. Ирисы то проступают из этой живописной стихии, то словно исчезают в ней. Краска приобретает удивительную свободу, а сама картина оказывается на границе узнаваемого пейзажа и абстракции. Рядом с ней — «Плакучая ива, или Огненное дерево» (около 1918–1919) и ещё две картины Моне. Впрочем, художественные интересы Жанны Шлюмберже простирались далеко за пределы творчества основоположника импрессионизма. В её собрании соседствовали произведения Гюстава Моро, Пьера Боннара, Хаима Сутина и скульптуры Камиллы Клодель. Особого внимания заслуживают ранние работы Поля Сезанна — настенные росписи, некогда украшавшие Жа-де-Буффан, семейное имение художника неподалёку от Экс-ан-Прованса. Позднее их перенесли со стен на холсты. 22 октября картины из собрания Жанны Шлюмберже выйдут на торги Sotheby’s. У них могут появиться новые владельцы, другие дома, а возможно, и музейные залы. А мы продолжим следить за их судьбой. Клод Моне. «Ирисы», около 1924–1925 Клод Моне. «Плакучая ива, или Огненное дерево» Камилла Клодель. «Вальс», малая модель Адам де Костер. «Юноша, читающий ноты при свете свечи» Эжен Делакруа. «Эскиз к «Промышленности» Кес ван Донген. «Красный дом» Эжен Буден. «Берк. Маяк» Поль Сезанн. «Небо между деревьями» Фрагмент настенной росписи, перенесённый на холст