Живые строки | Мария Мирская

С Мариной мы прожили вместе одиннадцать лет. Познакомились в техникуме на втором курсе. Собственно, я влюбился в её одногруппницу Светлану. Высокая блондинка с голубыми глазами, всегда модно одетая. Родители у неё были при деньгах, покупали дорогие вещи. Я засматривался на неё на парах, мечтал пригласить в кино, но смелости не хватало. Однажды в буфете образовалась давка. Все толпились у окошка, где тётка в фартуке раздавала пирожки и чай в стеклянных стаканах. Я стоял в очереди, когда сзади меня ткнула в спину Светлана и попросила купить ей булочку с маком...

Надежда всегда считала себя идеальной женой. Двадцать лет брака, сын Максим уже в университете, дом как игрушка, ужин всегда на столе к приходу мужа. Игорь работал в крупной компании, много зарабатывал, а она вела хозяйство и работала библиотекарем. Всё рухнуло в один обычный вторник. Игорь пришёл домой раньше обычного, сел за стол и произнёс: Надежда замерла с половником в руке над кастрюлей борща. Игорь собрал вещи и ушёл на следующий день. Надежда металась по пустой квартире, не понимая, что делать дальше...

Всё началось с того, что Антон потерял обоняние. Не навсегда, конечно, просто сильно простудился и три недели ходил с заложенным носом. А когда выздоровел, мир внезапно заиграл новыми красками. Точнее, запахами. Оказалось, что булочная на углу пахнет не просто хлебом, а целой симфонией ароматов: ванилью утренних круассанов, дрожжами свежих батонов и едва уловимой ноткой корицы от вчерашних булочек. Кофейня через дорогу источала не банальный запах кофе, а сложную композицию из жареных зёрен, молочной пены и кардамона...

Дядя Витя всегда считал себя гением. Не признанным, конечно, но это лишь потому, что мир ещё не готов к его идеям. Например, к идее создания универсального переводчика для животных. — Представляешь, Маша, — говорил он племяннице, размахивая самодельным устройством, похожим на скрещенную с микрофоном дуршлагу, — мы наконец узнаем, о чём думают наши питомцы! Маша скептически покосилась на кота Барсика, который в этот момент методично точил когти о дядин диван. — Мне кажется, я и так знаю, о чём он думает, — пробормотала она...

Мать у Светы была очень мягкой. Всё прощала, всё терпела, никого не осуждала. А вот с соседями она была совсем другой – напористой, принципиальной. Дома же только плакала по ночам, когда думала, что дочь спит. И Света долго не понимала, почему мама такая несчастная. Правду узнала только перед выпускным. В школе Света училась средне, но танцевала замечательно. С пяти лет ходила в студию при Доме культуры. Была у неё мечта – поступить в хореографическое училище в Москве, стать артисткой балета. Когда к ним приходили гости, все восхищались талантом девочки, просили станцевать...