Проханов

Четыре года назад мы, исповедники вероучения Русской Мечты, отправились из прифронтового города Печоры, что в двух километрах от эстонской границы, в странствие через всю страну в Севастополь, чтобы там провозгласить движение Русской Мечты. Из Псково-Печерского монастыря нас провожал митрополит Тихон Шевкунов. Гремели колокола на белоснежной монастырской звоннице. Монахи раскачивали чугунные языки, гулы катились по всей земле. Владыка Тихон провожал нас красочной проповедью. Мы проехали всю Россию...

В Русской Истории случается точка мглы. Меркнет заветная цель, приходит уныние, в народе поселяются распря, неверие, смута, грозящая крушением государства. Русская История останавливается. Эта остановка опасна, гибельна...

Произошла чудовищная беда, случилась небывалая катастрофа – ядерный взрыв на 4-м блоке Чернобыльской атомной станции. И эта волна странной небывалой силы подняла на воздух каменные плиты, бетонные конструкции, железные фермы, вырвала с корнем реактор и разбросала вокруг радиоактивный уран и графит. И все это летело вниз, осыпая поля, осыпая города. Ветер подхватывал эти ядовитые частицы и нес по всему белому свету. Мгновенно после этого пожелтели леса. Вот они стояли изумрудные, весенние, прекрасные, и они пожелтели, как будто бы пришла поздняя осень...

Русская История достигает точки мглы. В этой точке иссякает полёт истории. И она останавливается, замирает перед тем, как начать падение. Эти точки мглы пережил Советский Союз, пережила царская Россия, пережило Московское царство. Остановка истории, не находившей сил для своего вознесения, оборачивалась стремительным крушением и исчезновением государства. Открывалась чёрная промоина Русской Истории, начинал зиять русский ад, и только чудесная волшебная молекула русского бессмертия позволяла Государству Российскому начать новое восхождение...

Александр Проханов: ...сейчас мир погружен во тьму… Когда Газа вся еще пузырится кровью, Тегеран дымится. В Ормузском проливе шастают боевые корабли, горят танкеры. Все жутко, никакого просвета реального там нет. - А у нас? Александр Проханов: Мы переживаем очень тяжелый момент русской истории, нам тяжело. Наши заводы работают на пределе, у нас огромное количество людей утомлено, ширятся протесты против этих ворюг, которые обкрадывают армию... И в этих условиях вот эта Пасха. Пасха – о воскрешении из смерти, преодолении этой мглы, этой тьмы...

Из Благовещенска я ехал на космодром Восточный, желая познакомиться с новой космической гаванью России. Незадолго до этого последовали крупные разоблачения. Были схвачены с поличным воры, расхитившие несметные деньги, выделенные на космодром. Космодром прозябал, пуски «Ангары» всё откладывались, и сама ракета «Ангара» была таинственной рекой без устья и истока. Я беседовал с инженерами, испытателями, крупными администраторами и с изумлением открыл для себя, что никто из них не слышал о Николае Фёдорове,...

В этом году 12 апреля Россия празднует одновременно и православную Пасху, и День космонавтики. Как выразился один из российских священников, совпадение неслучайное: один праздник посвящён прорыву человечества в небо духовное, другой — прорыву в небо физическое. О духовном смысле покорения космоса и ярких взлётах нашей истории «АиФ» поговорил с писателем, Героем Труда РФ Александром Прохановым. Из мглы к свету. Виталий Цепляев: Александр Андреевич, вы тоже видите в совпадении праздников некий символизм? Александр...

Новороссия — таинственное, пьянящее воображение слово. В нём новая Россия — новое царство, новая небывалая земля, новый восхитительный преображённый народ. Новороссия — небесная, идеальная, былинная, могущественная, бесподобная. Новороссия — это Русская Мечта, русский рай, русское Беловодье. Новороссия то всплывает в русском сознании, то вновь исчезает, тает, погружается в глубины Русской Истории. И вновь встаёт из пучины — Атлантида в своей божественной красоте. Новороссию отнимают у России, иначе...

Есть люди-герои, как тот молодой воин Сергей Ярашев, что 68 дней в одиночку на лютом морозе держал оборону. Есть города-герои, как Сталинград, который нанёс удар в самую сердцевину фашистской Германии и покорил Берлин. Есть страны-герои. Россия — страна-герой, принимающая на себя всю тьму мира, превращающая её в Фаворский свет. Есть мост-герой. Это — Крымский мост. За Крымский мост идёт сражение. Днём и ночью, утром и вечером украинские беспилотные катера из Одессы мчатся по морю, стремясь ударить в опоры моста...

Тысячи людей вышли на улицы Тегерана и идут стенающей колонной, исхлёстывая свои голые плечи ремнями и прутьями, нанося удары по груди и спине тяжёлыми цепями и витыми верёвками, причиняя себе боль и страдания. Ашура — мистический шиитский обряд, когда множество людей выходят на религиозное шествие, бьют себя, восклицая от боли. И я иду вместе с ними, ударом хлыста оставляю на своём теле красный рубец. Над Тегераном воют сирены, грохочут взрывы ракет. Одна упала в усыпальницу имама Хомейни, в зеркальную мечеть с могилой великого праведника...

Точка мглы — когда в народе наступает уныние, когда множатся печали, долгожданная победа не приходит, враги торжествуют, речи вождей линяют и блекнут, когда гарь затмевает духовное небо и по земле растекается тление, заползает в дома, университеты, в художественные мастерские и властные кабинеты. Тогда стране на помощь приходят герои. Герой — тот, в ком дух народа, его историческая воля, его непобедимость, его божественная судьба, дарующая народу бессмертие, всё это превращается в огненный поступок, в беззаветную жертву...