Проханов

Тысячи людей вышли на улицы Тегерана и идут стенающей колонной, исхлёстывая свои голые плечи ремнями и прутьями, нанося удары по груди и спине тяжёлыми цепями и витыми верёвками, причиняя себе боль и страдания. Ашура — мистический шиитский обряд, когда множество людей выходят на религиозное шествие, бьют себя, восклицая от боли. И я иду вместе с ними, ударом хлыста оставляю на своём теле красный рубец. Над Тегераном воют сирены, грохочут взрывы ракет. Одна упала в усыпальницу имама Хомейни, в зеркальную мечеть с могилой великого праведника...

Точка мглы — когда в народе наступает уныние, когда множатся печали, долгожданная победа не приходит, враги торжествуют, речи вождей линяют и блекнут, когда гарь затмевает духовное небо и по земле растекается тление, заползает в дома, университеты, в художественные мастерские и властные кабинеты. Тогда стране на помощь приходят герои. Герой — тот, в ком дух народа, его историческая воля, его непобедимость, его божественная судьба, дарующая народу бессмертие, всё это превращается в огненный поступок, в беззаветную жертву...

Иран для меня — родная страна, персы — родной народ. В священном городе Куме, в Зеркальной мечети, я устало прилёг на ковёр. Кругом молились. Зеркальные стены подхватывали молитвы и со скоростью света направляли их в бесконечность. Подошёл мулла, наклонился ко мне, лежащему, и спросил, в чём мой недуг, откуда усталость. Я исповедался. Он стал молиться обо мне, и зеркала возносили эту молитву, и я, православный, чувствовал благодарность к сердобольному шииту. Ахмадинежад, грозный, возвышенный духом президент Ирана, принимал меня в своём доме, познакомил с женой, с детьми...

Ещё не написана книга "Вопросы сталинизма", ещё не выявлены и не осмыслены великие открытия, сотворившие победную сталинскую эру, технологии, позволившие превратить лапотную страну в ракетно-ядерную державу,...

...А если бы не произошла чудовищная перестройка, если бы не произошел чудовищный Беловежский сговор, когда от России отсекли самые плодородные земли, самые братские и драгоценные народы, лишили нас огромных пространств в Средней Азии, на Кавказе, лишили нас оборонного пояса в Европе, лишили нас таких братских народов, как белорусы и украинцы, отсекли их от России, смогли бы мы выжить? Мы выжили. Но выживают подранки, выживают калеки. И мы в это время, после этой катастрофы, были в плену, мы были в концлагере, над нами было страшное иго...

В истории стран и народов бывают мгновения, когда на них спускается мгла. Иссякает божественный источник, питающий народ, исчезает мечта. Народ погружён в неверие, уныние, ожидает неминуемой смерти. Множатся скептики, ворчуны, маловеры, множатся предатели и изменники. Над страной сгущается мгла. И тогда появляются герои. Они совершают подвиги, они умирают мученической смертью, они говорят своему народу, что он бессмертен, что точка мглы преодолима и божественная, питающая народ мечта неодолима. Когда...

Проханов Александр. Милый танк. — Москва : АСТ, 2025. — 640 с. Есть книги, в которых время рассказывает о себе через события. «Милый танк» устроен иначе: в нём ощутимо само вещество эпохи — её тяжесть, её скрытая энергия, её потребность в очертании. В начале — машина. Танк, вобравший в себя память войны и государства. И вдруг он оказывается в галерее, собранный из бересты, сена, шишек — из леса, из живого вещества. Лес принимает форму брони. Живое входит в очертания оружия. В этом соединении происходит едва заметное смещение: сила получает форму и вместе с ней — возможность иного движения...

Дорогой Максим Леонардович. Ты — великий молитвенник. На твоих чётках — множество зёрен сердолика, агата, лазурита. И каждое зерно — это твоя молитва о сбережении великих вероучений, великих и малых религий, духовных откровений, добытых людьми в храмах, дворцах, на эшафотах. Ты — неутомимый странник. Твой посох ударяет о камни древних царств, бесподобных империй, сияющих культур и забытых мировоззрений. В своих странствиях ты поднимаешься к вершинам, откуда слышны небесные песнопения, и спускаешься в теснины, где слышны стенания преисподней...

Президент Трамп обещает открыть американцам тайну убийства Кеннеди. Он обещает человечеству открыть тайну прилетевшего на Землю межпланетного корабля и показать заспиртованного инопланетянина. Он обещает открыть тайну происхождения человека. Слепил ли его Господь Бог из праха и коснулся своим дыханием. Или человек, согласно Дарвину, есть результат эволюции обезьяны, которая миллионы лет тупо смотрела на палку, пока не догадалась, что это орудие труда. Или же обезьяна, наевшись перед сном плодов манго,...

Государство – конкретно: Русское – мысля средоточием мистических сил, связанных и с верой, и с ощущением бессмертия, творит свой миф в романах: сложных и стилистически сияющих, фразы переливаются самоцветами. Но государство, почитая основой основ, Проханов некогда и советские свои романы напитывал сложной субстанцией мистики: будь то произведение производственного, или военного характера… «Лемнер» будет расшифровываться десятилетия спустя, будут вскрываться новые подтексты, раскрываться новые коды, и будущие исследователи литературы, срывая маски, покажут прототипов, хотя важнее тут – архетипы...

Дорогой Владимир Григорьевич, любимый друг Володя. Какая огромная жизнь! Сколько возвышенного и прекрасного. И сколько горького и ужасного. И как всё быстротечно. Протяни руку, и ты достанешь. Изумительны русские писатели, которые сложились в неповторимое явление, имя которому — деревенская литература. Было чудо, когда одновременно в русской литературной жизни появилось такое множество гениальных художников-духовидцев. То были прозаики, поэты, бесподобные литературные критики, философы. Они мощно, грозно, трагически поставили проблему русского народа и русской судьбы...

Случилось великое географическое открытие. В океане открыли Остров Эпштейна. Этот остров залит кровью убитых младенцев, обрызган слезами изнасилованных девственниц, отравлен ядовитой спермой педофилов. На вертолётах и роскошных яхтах на остров прибывают властители западного мира. Банкиры, министры, генералы, кардиналы, главы корпораций, владельцы социальных сетей, звёзды Голливуда. И начинаются чудовищные мистерии, неведомые Босху. Шипят на сковородках младенцы, их подают к столу, как молочных поросят...