— Пап, ты больше деньги не приноси, — сказал Костя и даже не протянул руку к конверту. Я так и остался стоять в прихожей в куртке. Зарплата давно приходила мне на карту, но часть я по старой привычке снимал наличными и почти каждый месяц отдавал сыну. Иногда десять тысяч, иногда пятнадцать, а если на лесовозе выходила хорошая премия за рейсы — мог принести и больше. У Кости ипотека, двое детей, жена работает продавцом, сам он электрик в управляющей компании. Я жил один и считал, что эти деньги мне всё равно девать особенно некуда...
ЗАПИСКИ РАБОТЯГИ. Сергей Ершов
Дочь попросила меня не устраивать её свёкра в депо. «Он нам дома нужнее», — сказала она
— Пап, ты Сергея Павловича к себе не устраивай. Я сначала решил, что дочь шутит. Мы стояли у неё на кухне, я только пришёл с дневной смены, куртку даже снять не успел. Света поставила передо мной тарелку супа и сказала это совершенно спокойно, будто попросила по дороге хлеба купить. — Почему? — Потому что он нам дома нужен. — Он тебе кто, домработница? Света сразу насупилась. — Не начинай. Ты прекрасно понимаешь, о чём я. Понимал я пока плохо. Сергею Павловичу был шестьдесят один год. Он приходился отцом моему зятю Игорю и последние полтора года жил у них в двухкомнатной квартире...
Я два года платил сестре за уход за отцом. Потом встретил отца ночью на проходной
— Кого сменяешь? — спросил я отца. Он так дёрнулся, что чуть кружку не опрокинул. Было половина второго ночи. Отец сидел в будке у ворот бывшей автобазы, в старой телогрейке, перед ним стоял термос и лежал журнал, куда сторожа записывали въехавшие машины. Я приехал с вахты на два дня раньше и решил срезать дорогу через промзону, когда увидел знакомую походку возле шлагбаума. Отец посмотрел на меня, потом зачем-то на часы. — Ты же в пятницу должен был приехать. — А ты вообще здесь не должен был быть...
Сын попросил неделю забирать внука из школы. Через месяц я узнал, что он уже отказался от продлёнки до весны
— Пап, выручи до пятницы, — сказал сын. — Кирилла после школы забирай. У Лены на работе аврал, а я раньше семи не освобожусь. Я тогда даже не задумался. Внуку девять лет, школа в трёх остановках от моего дома, а первую смену в депо я заканчивал в половине третьего. Работал осмотрщиком вагонов, к вечеру обычно уже гудели ноги, хотелось снять ботинки и час ни с кем не разговаривать, но неделя есть неделя. Тем более сын просил редко. Я сказал, что заберу, только пусть мальчишка сам делает уроки и не ждёт от меня учителя...
Жена дважды просила мастера не переводить меня из тяжёлого цеха. Дома я узнал, зачем ей мои ночные
— Ты с женой своей поговори, — сказал мне Петрович возле раздевалки. — А то она уже второй раз со мной насчёт твоего перевода связывается. Я сначала решил, что не расслышал. В цехе грохотало так, что чужие слова иногда приходилось угадывать по губам, но Петрович стоял совсем рядом. Он был нашим старшим мастером лет пятнадцать и такими вещами не шутил. Я спросил, когда приходила Лида. Он поморщился и кивнул в сторону конторы. — Вчера после обеда приходила. А на прошлой неделе звонила. Говорит, ты погорячился, дома всё обсудили и тебя нынешняя работа устраивает...

