Записки неуравновешенной.

Зинаида Марковна протирала пыль с гипсового ангела. Рабочий день в ритуальном агентстве «Вечный приют» тянулся патокой, густой и липкой. За окном бобруйский июнь изнывал от жары, мухи бились в стекло с упорством таранов, оставляя на прозрачной глади жирные следы отчаяния. В углу застыл деревянный каталог, пахнущий лаком и типографской краской, — кладбищенский паноптикум, где каждая фотография улыбалась с той особенной натянутой весёлостью, какая свойственна людям, уже примерившим на себя вечность...

В детском саду воспитательница Светлана Петровна давно привыкла к драмам. До обеда один ребёнок терял сандалию, после обеда другой — смысл жизни, поскольку компот оказался с изюмом. День шёл по расписанию. Татьяна пришла за дочерью Алисой ближе к вечеру. Двор уже пах нагретыми досками, пылью, липовыми листьями и свободой. Лето лениво перекатывало солнечные пятна по веранде. Алиса сидела на скамейке среди обломков своей цивилизации. — Мамочка... — прошептала она дрожащим голосом. Светлана Петровна развела руками...

Алла Аркадьевна открыла для себя волонтёрство в пятьдесят два года. Энергия, прежде уходившая на контроль за мужем-инженером и взрослым сыном Сергеем, требовала нового русла. Таким руслом стал центр «Лучистый ангел», где занимались дети с самыми разными особенностями. Особенность десятилетнего Коли заключалась в абсолютной тишине. Мальчик сидел у окна, перебирал деревянные бусины, провожал взглядом качающиеся ветви старого тополя. Мир вокруг него существовал как затянутый плёнкой немой фильм. Алла Аркадьевна восприняла молчание Коли как личный вызов...

Электричка МЦК мерно пережёвывала рельсы. Окна поезда разрезали осенний город на ломти серого пластика и охры, пассажиры дремали в унисон гудению, и только Лида Перепёлкина искала спасения от чая, выпитого на перроне. Туалетная кабинка встретила её стерильным гулом вентиляции. Лида совершила необходимый ритуал и потянулась к заветной кнопке. Нажала. Кнопка загорелась зловещим багровым цветом. Из недр панели, где обычно обитает сливной бачок, раздался электронный женский голос, отдающий приказы на вокзалах: «Ожидайте...

В субботу гипермаркет гудел размеренной жизнью. Тележки катились длинными караванами. Отдел игрушек сиял всеми цветами радуги. Пластиковые динозавры скалили зубы, давно привыкнув к детским восторгам и родительским вздохам. Возле полки с машинками развернулась семейная драма. Маленький Артём увидел пожарную машину с лестницей до потолка собственных мечтаний. Голос мальчика стремительно набирал высоту, лицо приобрело оттенок спелого помидора, руки изображали трагедию мирового масштаба. Его мама прикрыла глаза...