Задонская правда

Павел Шабалин развивает необычное для наших мест хозяйство: на участке уже растут кормовые культуры, в помещении поддерживают влажность для маточника, а в планах — переработка, продажи и агротуризм В Задонском округе развивается необычное фермерское направление — улиточная ферма. Павел Шабалин разводит моллюсков не как экзотику «для интереса», а как сельскохозяйственный проект: улиток планируют выращивать на мясо, перерабатывать в готовый продукт, а отдельным направлением может стать деликатесная улиточная икра...

Мошенники, как известно, не дремлют и постоянно изобретают новые способы обмана, чтобы добраться до чужих денег. В России отмечается тревожная тенденция: всё чаще жертвами интернет-преступлений становятся дети и молодёжь. К сожалению, эта проблема коснулась и нашего округа. Мы поговорили с мамами задонских подростков, которые попались на удочку аферистов, а также с экспертами и выяснили, какие уловки используют преступники в работе с несовершеннолетними, и как можно обезопасить детей и уберечь содержимое...

Боевой путь разведчика Ивана Головина восстановили его дети и внуки. Их семейный альбом пополнился ещё одной страницей — «Память о войне» — память о ратном труде их предка Курск и Орёл, Брест и Мозырь, Потсдам и Ратенов — это не просто большие и малые города на географической карте. Их названия — символ мужества и стойкости советского солдата. А для детей и внуков ветеранов Великой Отечественной войны — места боевых сражений, этапы войны. Сегодня о фронтовом прошлом своего отца Ивана Головина, который сражался за свободу этих городов, рассказывает его дочь Вера Кудинова...

Она доставляет физический и психологический дискомфорт заболевшему. Пугает и вызывает брезгливость у окружающих. Заставляет медиков искать всё новые методы борьбы и совершенствовать терапию. Болезнь, которую со стародавних времён одни народы именуют «императорской», другие — «проклятьем рода человеческого». Сегодня говорим о псориазе, или чешуйчатом лишае. — В 15 лет на моих локтях и коленных чашечках высыпали красные пятна, которые нестерпимо зудели. Это был ад. Чем больше я их расчёсывал, тем становилось хуже...