Городское фэнтези

💡 ЭТО 94 ЧАСТЬ ПРОИЗВЕДЕНИЯ НАЧАЛО ЗДЕСЬ — То есть Велебор не ненавидел людей, — задумчиво произнёс Кирилл, — они ему были просто… не нужны? «Именно так! — обрадовался точной формулировке Никлаус. — Абсолютно не нужны. Они не вписывались в его картину мира. Ему хватало его самого, его мыслей, его экспериментов. Это и был Велебор». Кирилл замолчал, переваривая услышанное. Перед ним возникал образ ведьмака, который был полной противоположностью ему самому, и в то же время, странным образом, его зеркальным отражением, доведённым до абсолютной степени...

💡 ЭТО 93 ЧАСТЬ ПРОИЗВЕДЕНИЯ НАЧАЛО ЗДЕСЬ Вечер вторника опускался на студию мягкими, сиреневыми сумерками. За окном зажигались первые огни, а в квартире царил тот особый, тягучий покой, который бывает только в часы между суетой закончившегося дня и неизбежностью грядущего сна. Кирилл сидел на диване, привалившись спиной к подушкам, и бесцельно скользил взглядом по потолку. Мысли его, тяжёлые и вязкие, как патока, крутились вокруг одного: завтрашний визит Смирнова. Что за «просьбу Никлауса» тот...

💡 ЭТО 92 ЧАСТЬ ПРОИЗВЕДЕНИЯ НАЧАЛО ЗДЕСЬ Не думая, почти рефлекторно, он направил туда импульс собственной воли. Не грубый толчок, а лёгкое, точное давление, как если бы хирург сдвинул микроскопический зажим. Сиропообразная тяжесть дрогнула, разжижилась и рассосалась, словно её и не было. Весь процесс занял меньше трёх секунд. Он открыл глаза, и мир вокруг заиграл более яркими красками, а лёгкая туманность в голове исчезла без следа. «Так-то лучше», — пронеслось у него в мыслях с оттенком профессионального удовлетворения...

Они стояли плечом к плечу, пробуя пряные орешки, и Светлана с хохотом рассказывала, как чуть не опоздала на рейс из-за очереди за этим самым сыром. Её истории о командировках всегда были не про офисные интриги, а про такие вот смешные бытовые детали: про таксиста-философа, про соседку по креслу в самолёте, которая всю дорогу вязала носки и дала ей совет по уходу за кожей. Кирилл слушал, улыбался и чувствовал, как спадает напряжение последних безумных дней. Здесь не нужно было быть ведьмаком. Здесь можно было просто быть Кириллом...

Квартира встретила их знакомым запахом, который теперь казался Кириллу уютным убежищем. Светлана, сбросив туфли, первым делом устремилась в центр комнаты, где на своём стуле, как тёмный император на троне, восседал Никлаус. Его изумрудные глаза, казалось, оценивающе скользнули по ней, прежде чем он медленно, с достоинством, закрыл их, делая вид, что погружён в глубокую медитацию. — Ой, какой важный! — прощебетала Светлана, и в её голосе зазвучали те самые «уси-пуси» интонации, которые Кирилл слышал от клиенток в клинике...