Исторично

Марлен Хуциев: «Вы мне не указ». Фильм, который Хрущёв лично запретил показывать всей стране Хрущёв смотрел фильм и краснел. Не от стыда. От злости. На экране молодые люди брели по Москве. Разговаривали. Спорили о жизни. Хрущёв не понимал, о чём это. Ему было 68 лет. Им было двадцать. Он выключил проектор и сказал: «Запретить». Фильм Марлен Хуциев снял фильм «Мне двадцать лет» в 1962 году. Молодой режиссёр. Первый полнометражный фильм. Он хотел показать жизнь своих ровесников. Не героев. Не стахановцев...

К середине 1960-х у стран Варшавского договора на вооружении стояло больше 20 тысяч танков Т-34. В мире уже вовсю ходили машины со стабилизированными пушками, ночными прицелами и новыми дизелями. А эта классика всё ещё числилась в строю. Казалось бы, пора отправлять металл на переплавку. Но советское командование рассуждало иначе. Т-34 тянул свою задачу, и делал это за копейки. В 50-60-е годы главный сценарий в Европе выглядел как массированный танковый бросок на запад. В таких условиях важна не крутизна одной машины, а общая плотность металла на километр фронта...

Зал опустел, оргкомитет разошёлся, а Святослав Рихтер всё сидел за роялем. Играл Баха. Тихо, для себя — чтобы не сойти с ума. Ему запретили выступать. К концу сороковых Рихтер уже был музыкантом масштаба, которого в стране просто не существовало. В 1949-м его отстраняют от международных конкурсов. Официально — за «формалистов». Шостаковича, Прокофьева, Бартока. Музыку, которую партийная критика считала вредной. Потом началась московская блокада. Без бумаг и приказов — залы просто перестали давать...

Голубая кабина, белая решётка радиатора, гудок, который слышно за три квартала. ЗИЛ-130 был таким же элементом советского пейзажа, как пятиэтажки или ларьки с газировкой. Все его видели, но никто не считал его чем-то особенным. Сейчас принято смеяться над надёжностью советских машин, и ЗИЛ часто попадает в этот список вперемешку с «Жигулями». Это забавно, потому что на практике он был настоящим танком. V8 объёмом шесть литров и 150 лошадиных сил спроектировали с таким запасом прочности, что мотор продолжал тянуть даже при износе, на котором любой западный аналог давно бы встал...

Зоя Фёдорова сидела в камере на Лубянке. Ей было тридцать пять. Накануне ареста её лицо мелькало на афишах — «Подкидыш», «Весна», «Девушка с характером». В газетах печатали интервью. А теперь она ждала приговора за шпионаж. В 1945 году на приёме в американском посольстве Фёдорова познакомилась с дипломатом Джексоном Тейтом. Роман с иностранцем в сорок пятом году был равносилен самоубийству. Она не скрывалась. Гуляла с ним по Москве, принимала дома. В 1946 году родила дочь Викторию. В декабре её арестовали...